— Долг чести существует, хочешь ты того или нет, — сказал Рафаэль. — Ричард знает, что значит иметь и платить долг чести. Вот почему я знаю, что Ричард будет соблюдать наш договор. У меня нет такой уверенности в том, что касается других членов стаи.
Вот, он это сказал. Это было настолько близко к «я не доверяю тебе, Джейкоб», насколько было возможно. Расходящийся круг тишины накрыл поляну, и вдруг стали отчетливо слышны движения мохнатых тел, шорох одежды.
Руки Ричарда напряглись на подлокотниках трона. Я смотрела на него, потому что он закрылся щитом так плотно, что ничего ощутить я не могла.
Но я могла смотреть, смотреть, как он думает.
— Правильно ли я понял: если я больше не Ульфрик, то и договора больше нет?
— Да, ты понял правильно.
Ричард и Рафаэль долго смотрели друг на друга, потом Ричард улыбнулся едва заметно.
— Я не собираюсь уступать место Ульфрика, так что договору ничего не грозит. Если у Джейкоба нет других планов.
От последней фразы волна тревоги пробежала по рядам волков.
Ее можно было ощутить, увидеть — будто они унюхали какую-то ловушку.
Джейкоб был ошеломлен, застигнут врасплох. Я его совершенно не знала, но видела, как смятение отразилось у него на лице, пока он искал слова. Если он скажет, что у него нет планов на трон, то это будет ложная клятва, а оборотни несколько чувствительны к таким вещам.
Ему надо либо солгать, либо объявить о своих намерениях, а лицо его ясно говорило, что к этому он не готов.
Справа прозвучал женский голос, ясный и звонкий, будто девушка обучалась сценической речи.
— Мы так и будем отвлекаться от дела? Лично я очень интересуюсь выбором новой лупы.
Она была высока, но построена из округлостей, обильных, как у кинозвезды пятидесятых. Она выглядела женственной, мягкой, но двигалась плавной покачивающейся походкой — наполовину секс на копытах, наполовину хищник. Такая заманит тебя, изображая жертву, затрахает так, что будешь звать на помощь, а после выест тебе лицо.
Она была одета в платье, облегающее все окружности, с таким вырезом, который показывал, что под ним должен быть лифчик.
Груди такого размера сами так не торчат. Она кралась босиком, темно-рыжие волосы, ухоженные и расчесанные, спадали на плечи полированным сиянием.
— Мы выберем сегодня новую лупу, — сказал Ричард.
Она упала на колени перед троном, подобрав платье под бедрами жестом благовоспитанной дамы, хотя и наклонилась так, чтобы Ричарду ничто не мешало заглянуть в вырез. Мне она не очень понравилась.
