На ногах — босоножки на шпильках, ногти на руках и на ногах выкрашены черным лаком. Он был... прекрасен. Но завершало этот наряд чувство исходящей от него силы. Она окружала его, подобно аромату дорогих духов, и я поняла, что он альфа кто-то.
Первым заговорил Жан-Клод:
— Это Нарцисс, владелец этого заведения.
Нарцисс протянул руку. Я на миг смутилась, не зная, надо мне пожать ее или поцеловать. Если бы он пытался сойти за женщину, то надлежащим был бы поцелуй, но он не пытался. Он был одет настолько.
.. разнополово, будто оделся просто как ему хочется. Я пожала руку — пожатие у него было крепким, но не слишком. Он не пытался испытать мою силу, как сделали бы некоторые ликантропы. Очень такой надежный Нарцисс.
Стоящие за ним мужчины нависали над нами — каждый выше шести футов. Один — с широкой мускулистой грудью, почти обнаженной под сложным переплетением кожаной сбруи. Светлые волосы, очень коротко подстриженные по бокам и слепленные в короткие шипы посередине. Глаза светлые, взгляд недружелюбный.
Второй — не такой широкий, скорее профессиональный баскетболист, нежели штангист. Но руки под кожаной сбруей бугрились узлами мускулов. Собственная кожа столь же темна, сколь и надетая на него. Им бы обоим еще татуировки, и готовая картина плохих парней из плохого фильма.
— Улисс и Аякс, — представил их Нарцисс. Аякс был блондин, а Улиссом оказался тот самый жгучий брюнет.
— Греческая мифология, очень удобно из нее брать имена, — заметила я.
Нарцисс моргнул на меня большими темными глазами.
Либо ему это не показалось смешным, либо ему было все равно. И тут музыка оборвалась. Мы оказались посреди ревущего молчания, и это было потрясение. Нарцисс заговорил так, чтобы слышала я, но не люди вокруг: он знал, что музыка прервется.
— Мне известна ваша репутация, миз Блейк. Я должен взять у вас пистолет.
Я глянула на Жан-Клода.
— Я ему не говорил.
— Бросьте, миз Блейк, я способен учуять пистолет, даже сквозь... — Он потянул носом, склонил голову чуть набок.
— Сквозь ваш «Оскар де ла Рента».
— Я сменила масло на другое, которое пахнет меньше, — сказала я.
— Это не масло. Пистолет новый, я чую запах... металла, ну, как пахнет новый автомобиль.
Ах вот как.
— Жан-Клод объяснил вам ситуацию?
Нарцисс кивнул:
— Да, но мы в играх доминантов разных групп не становимся ни на чью сторону. Мы — нейтральная территория, и если хотим ею остаться, то оружия здесь быть не должно.
