Впервые за год рядом с ней я не увидела Стивена. Стивен и Грегори были двойняшками, оба стриптизеры в «Запретном плоде». Вивиан со Стивеном жили вместе и были очень счастливы. Но Стивен сегодня ночью будет в лупанарии, как все добрые вервольфы, а Вивиан придет туда с леопардами. Бедняжка Вивиан. Бедняга Стивен. До этой минуты мне не приходило в голову, что Стивен может сегодня потерять брата.
Вивиан упала передо мной на колени, и я протянула ей руки. Она стала о них тереться, как до того Черри и Зейн. Элизабет не стала меня приветствовать, и это тоже было оскорбление.
Ее спутники, в отличие от нее, не были моими леопардами. И она намеренно выразила мне пренебрежение, но впервые на публике. Обычно я на этом не настаиваю, потому что не люблю, когда она меня трогает, но я видела лицо Калеба, когда Вивиан встала, закончив приветствие. Он заметил этот недосмотр.
— Как жизнь, Вивиан?
— Настоящей Нимир-Ра не надо было бы спрашивать, — встряла Элизабет.
Я сжала руки Вивиан, помогая ей встать.
— Ты собираешься помогать нам спасать Грегори или отпускать остроумные замечания? — спросила я Элизабет.
— Я хочу спасти Грегори, — ответила она.
— Тогда заткнись на фиг.
Она попыталась что-то сказать, но Черри схватила ее за руку:
— Элизабет, хватит.
— Ты мне не доминант, — огрызнулась Элизабет.
— Я пытаюсь быть твоим другом, — возразила Черри.
— То есть ты хочешь, чтобы я оставила ее в покое?
— Да, если можно.
— Отлично. — Элизабет повернулась к Натэниелу. — Я чую на тебе свежую кровь, Натэниел.
— Она взяла его ладонями за шею, прижалась к нему, отодвинув Черри. — Ты наконец нашел себе кого-то, кто будет тебя давить?
— Да.
— Кого? — спросила Черри с любопытством.
— Ребята, нет времени, — вмешалась я. — Пора ехать в лупанарии.
И Мерль нашел что добавить:
— Элизабет так себя ведет с тобой по одной только причине: потому что ты ей позволяешь. Ослушание должно быть наказано немедленно, иначе структура власти разваливается — как у твоего Ульфрика и его стаи.
— Я управляю своими леопардами, — ответила я.
Элизабет рассмеялась и поцеловала Натэниела в лоб, оставив отпечаток красной помады.
— Он кого-то сегодня трахнул, хотя ему это было запрещено без согласия парда. И на это ты тоже посмотришь сквозь пальцы. Слаба ты!
Я медленно вдохнула и выдохнула.
— Он сегодня никого не трахал.
Калеб подошел к компании, ползающей вокруг Натэниела, и сунулся лицом ему в пах. Элизабет отодвинулась, давая ему место.
— Я чую сперму, но не бабу.
