На полную остановку у него ушло больше времени, нежели у известных мне поездов, однако сильно вагон не тряхнуло, и на пол никто не полетел. Мы с Дуганом пошатнулись, когда паровоз остановился окончательно, зато Шойд даже не дрогнул, словно бывалый, привычный к постоянной качке моряк.
Остановка на ночлег породила немалое оживление. Люди забегали взад-вперёд, засуетились, уверенно, слаженно выполняя десятки действий, о назначении большинства которых представления я не имела. Мне и Дугану только и оставалось, что не путаться под ногами.
Когда всё необходимое было сделано, и общая суета пошла на убыль, нас снова отвели в столовую, на сей раз набитую народом под завязку.
Появление гостей было встречено подозрительными, настороженными взглядами. Кто-то даже поспешил пересесть так, чтобы загородить от нас детей.
Шойд сопроводил нас за стол для правительства, где уже сидела президентская чета. Салливан знаком показал, чтобы мы устраивались рядом.
Мы устроились.
Шойд ушёл за другой стол.
Косых взглядов меньше не стало.
Салливан с минуту задумчиво наблюдал за соплеменниками и наконец позволил себе скупую усмешку."
"– Видите ли, ветреные не слишком жалуют земных… людей из доменов. Были времена, когда ветер куда чаще, чем нынче, заносил нас на земли оседлых… и всякий раз нас изгоняли с них всеми известными способами. Нас обвиняли в краже детей, уводе скота, воровстве всего, что, по мнению земных, представляло хоть какую-то ценность, шулерстве и обмане.
Где-то нечто похожее я уже слышала…
– Станете утверждать, будто ничего подобного и в помине не было, всё ложь и клевета? – внезапно отозвался Дуган колким, неприязненным тоном человека, нашедшего вдруг, на кого можно возложить вину за свои беды.
– Всякое бывало. С обеих сторон. И люди бывали разные независимо от происхождения.
– Верно.
– И всё же зло от земных видели мы куда как чаще, нежели наоборот, – парировал Салливан веско, явно намекая на что-то, мне неизвестное. И посмотрел в упор, выразительно на Дугана, не на меня.
– Со временем многие из нас убедились, что лучше оставаться там, где ничто и никто не сковывает порывы ветра.
Ну, если площадь перепутий позволяет разным племенам годами кочевать по ним и не мешать при том ни друг другу, ни жителям доменов, то почему бы нет? Этакий отдельный мир внутри мира.
– Поэтому, Варвара, вам не следует принимать настороженное отношение ветреных к земных за отношение к вам самой, – заключил вождь.
– Что вы, и в мыслях не было, – заверила я.
