Я должна была ночевать в спальне, он ушел в гостиную, но…В общем я сама пришла к нему.
— Вы жалеете об этом, Жень?
— Нет…Я не жалею. Скорее…Скорее мне дико стыдно и кажется, что я всё испортила.
— Почему вы так решили.
— Утром мы плохо расстались. Я нагрубила и…Он не звонил, а сегодня, придя на работу, я узнала, что он вообще уехал в недельную командировку. Думаю, если бы он хотел…Ну…Продолжить отношения, он был дал знать, что уезжает.
— Ясно…Жень, в любом случае я считаю, что вам на пользу то, что произошло.
— Почему?
— Вы ведь сразу после работы ко мне приехали?
— Да.
А что?
— Я в первый раз вижу вас такой элегантной и на каблуках.
* * *Правда, на следующий день наряжаться у меня настроения не было. Как и на следующий, и на следующий…
В четверг с трудом встала на третий звонок будильника. Душ, кофе на бегу, ботинки на толстой подошве, блузка оверсайз. Привычное опоздание…Алексей Борисович ничего не сказал, лишь мазнул по мне строгим взглядом. Тем более, что Тимофей обещал приехать только к обеду, а значит я здесь с ним до ночи задержусь.
Ромка, когда зашла в наш с ним закуток, весело предположил, что у меня, похоже, лимит на женственность окончательно исчерпан, а он еще ждал и надеялся… И театрально повздыхал, что зря не сфотографировал меня в прошлую пятницу и понедельник. Для потомков, так сказать…За что и был послан по определенному адресу.
Но он, конечно, не обиделся. Злобин вообще пребывал в прекрасном расположении духа. Оказывается, что, после того, как мы с Дамиром уехали из клуба, Катя переключилась на моего коллегу.
И неожиданно очень удачно. Все выходные они провели вместе, а теперь без остановки переписывались во время рабочего дня. Меня немного раздражало, как Злобин бесконечно тихо хихикает, пялясь в телефон, вместо того, чтобы работать, но все-таки я была рада за них.
Мне всегда казалось, что именно такой парень и нужен Кате: простой, веселый, неглупый, легкий на подъем. Ведь она сама такая, и Ромка в ней это ценит. Не считает глупой, доступной, не смотрит свысока, не пытается прогнуть, сделать удобной для себя.
Многое в Кате, что у других мужчин вызывало легкое пренебрежение, Рому наоборот привлекало. Я это видела по тому, как сияли его глаза во время их переписок, как он рассеянно улыбался, глядя в экран, как аккуратно выпытывал у меня, что ей больше нравится, и что при ней лучше не делать."
"Что думала по этому поводу сама Катя, я не знала. Пока что мы не разговаривали. Она еще звонила несколько раз, но трубку я не брала.
