Когда наши языки встречаются, у меня вырывается приглушенный вздох, и в тот же миг Тамсин теряет контроль и стонет. Наши губы двигаются то медленно и нежно, то жадно и требовательно. Из моей головы исчезают все голоса, пока я изучаю ее тело, губы, язык и забываю, где кончаюсь я и начинается она. Этот поцелуй отличается от тех, которыми развлекались в пятнадцать лет. Этот поцелуй – выражение чего-то. Желания, страсти и вожделения.
Я медленно отклоняюсь назад, не отрываясь от ее губ. Тамсин теперь лежит на мне, и я провожу руками по ее спине, пока не добираюсь до затылка.
Запускаю пальцы ей в волосы и крепко сжимаю.
Вдруг она слегка выпрямляется. Я неохотно позволяю ей прервать наш горячий поцелуй. Тамсин смотрит на меня. Ее щеки раскраснелись от возбуждения и жара. Она улыбается, а потом без предупреждения щиплет меня за руку.
– Ау! – вырывается у меня. – Это еще что?
– Чтобы ты знал, что это не сон, – отвечает она.
Когда она снова накрывает мои губы своими и слегка прикусывает мою нижнюю губу, у меня вырывается смешок.
– Ты сумасшедшая, – хочу сказать я, но слова поглощаются ее губами и языком. У меня учащается дыхание, и с каждой секундой, пока длится поцелуй, потребность в ней растет. Хотя сейчас она так близко, как не был еще ни один человек, меня переполняет мучительное желание большего.
– Я хочу с тобой переспать, – шепчет Тамсин и продолжает меня целовать.
О боже, я тоже хочу этого. И еще как! Но…
– Тогда покажи мне как, – говорю я. Не знаю, покалывание во всем теле – это страсть или волнение? Но не страх, в этом я уверен.
Не выпуская ее из объятий, я поворачиваюсь так, что Тамсин оказывается подо мной.
– Ты еще никогда не занимался сексом! – тихо произносит она, и в ее голосе сквозит удивление."
"– Мне было пятнадцать, когда я в последний раз оставался с девчонкой наедине, – отвечаю я. – И честно говоря, тогда все происходило куда пристойней, чем сейчас.
Ухмыльнувшись, Тамсин медленно снимает с меня футболку и проводит рукой по моим волосам. Начинает неторопливо расстегивать ремень.
У меня перехватывает дыхание, и я замечаю, что дрожу от возбуждения, когда она вытаскивает ремень из пряжки и принимается за молнию. Я быстро встаю, избавляюсь от джинсов и возвращаюсь к ней, чтобы взять ее лицо в ладони и страстно поцеловать. Стягиваю с нее кофточку. Покрываю поцелуями ее тело, и по нему прокатывается дрожь возбуждения, от которой маленькие волоски на руках встают дыбом. Реакция ее тела на мои прикосновения придает мне смелости.
