Перед тем как пройти в салон и взлететь, я отвёл в сторону майора Дайна и завёл небольшой разговор, можно сказать, размышление-предложение:"
"— Я с вашим доком поговорил. Ситуация с ранеными тяжёлая, это есть, но пока не критическая, справляются. Про капсулы антарцев пока и вспоминать не стоит, но есть одна идея. Она мне в голову пришла, когда я разговаривал с доком, к тому же я заметил, что вы почти восстановили грузовой флаер, вот и связал идею с ним. На «Андиано» есть поврежденные капсулы, которые можно восстановить.
Я этого не делал из-за недостатка места в машинах. Реаниматоры получили слишком большие повреждения силовых каркасов, но лечебные вполне неплохи, и если с ними поработать, то привести в порядок можно. С этим даже док справится. Но главное не это. Вы и реаниматоры прихватите, потому как силовые каркасы и у лечебных капсул, и у реаниматоров одинаковые. Там только блоки перекинуть, но это уже работа для меня. Вы, главное, доставьте всю эту кучу медхлама сюда, а я по возвращении попробую восстановить.
Вот и вся идея.
— Хорошая, я, пожалуй, приму её. Капсулы нам действительно остро необходимы.
— Эх, я бы в обломках поковырялся в поисках чего полезного, но вижу, что вы и сами компетентны. Хорошо работаете. Ну всё, бывай.
Обернувшись у двери салона, я махнул рукой и, пройдя к креслу пилота, поднял самолёт в воздух… с пятью полностью вооружёнными десантниками, которых я должен был по договорённости с майором Дайном подбросить до Ореана.
Нам всё равно было по пути.
План по освоению планеты на ближайшее время я тоже узнал. Майор Дайн решил пока перегнать всю трофейную технику к месту падения в организованный лагерь и выслать по разным маршрутам разведгруппы. В течение месяца, пока не восстановится большая часть раненых, лезть куда-либо майор не собирался. Антарцев планируется уничтожать, это не обсуждалось. Но как именно, я не знал, до меня это не довели.
В Ореане я высадил десантников и, поднявшись ввысь на триста метров, направился к побережью.
Внизу мелькали извилистые русла речек, озера, леса и поля, изредка деревни и даже один замок, но я особо этим не любовался, а предавался размышлениям.
До медика я пообщался с корабельным инженером, благо тот был из той группы членов экипажа, что не пострадали и оказывали помощь другим. Тот уже успел осмотреть всю восстановленную мной технику и пребывал в восхищении. Особенно когда изучил скафы.
