Ведь только вчера было четко сказано: утром принести информацию по версии «дурь», чтобы Барибан мог наметить первоочередные Следственные действия, а сегодня, когда Роман явился в Cледственный комитет, выяснилось, что у следователя появились совсем другие планы.
– Давай быстро, что там у тебя, – буркнул Николай Остапович, не глядя на Дзюбу. – У меня свидетель вызван, вот-вот подойдет.
– По нашему делу? – уточнил капитан.
– Ну а по какому же? С меня уже портки на ходу срывают.
Интересно, какого свидетеля собирается допрашивать Барибан и откуда он вообще его взял, если по версии о связи двух убийств с незаконным оборотом наркотиков следствию пока что не представлено ни одного имени и ни единого сколь-нибудь значащего факта.
Имена и факты у Дзюбы были, это правда, но ведь он не успел и двух слов сказать. А свидетель уже вызван, причем на утреннее время, значит, вызывали его еще вчера. Очень любопытно.
Он постарался быть кратким, доложил следователю то, что посчитал важным, и собрался было свалить по-быстрому, но Барибан жестом остановил его.
– Куда намылился? Бумажку мне положь, чтобы перед глазами была. Имена вот эти все, которые ты мне сейчас тут напел, кликухи, цифры, суммы. Не запомнил я ничего, да и на слух плохо воспринимаю. Давай садись, бери ручку и записывай. А то уходить он собрался! Ишь прыткий какой!
Дзюба пожал плечами, снова уселся за стол и принялся записывать. Не успел перечислить и половины того, о чем только что докладывал, как в дверь постучали и в кабинете появился импозантный мужчина средних лет в дорогом костюме.
Барибан поднял голову и расцвел подобострастной улыбкой:
– Рустам Рафкатович? Проходите, проходите, я вас жду. Барибан Николай Остапович, старший следователь по особо важным делам, рад знакомству. Понимаю ваше удивление, раньше вы имели дело с другим следователем, но поскольку убийству Леонида Чекчурина мы придаем особое значение, было решено передать дело более опытному сотруднику, то есть мне. Заранее приношу извинения за то, что вынужден буду просить вас отвечать на вопросы, которые вам уже задавали ранее в ходе следствия, но сами понимаете: если за столько времени не получен результат, работа следователя обоснованно подвергается сомнению и проверке.
Пожал гостю руку и кивнул на Дзюбу.
– А это капитан Дзюба, работает по нашему делу, он тоже поприсутствует.
Роман чуть ручку не выронил. Это с какой же стати, хотелось бы знать? Мог бы и предупредить, если решил, что оперативнику нужно присутствовать на этом допросе.
