— Вот где я его видел! Он — герой позавчерашнего прорыва. Как и ты, он, весь израненный в бою, отправился внутрь портала, откуда лезли толпы мертвецов и какие-то уродливые твари, а затем закрыл его изнутри и вернулся. Даже хвалился потом, что сумел повторить подвиг «героя первого прорыва». Твой подвиг.
Я молча сжал кулаки. Невозможно. Повторить мой «подвиг», будучи еще студентом одолеть кого-то из чернокнижников невозможно! Будь я на самом деле простым бароном Лихачёвым, я просто подох бы в Аногоре за несколько минут…
А на арене тем временем все изменилось.
Каждая стрела Алекса находила цель. Серыми, осыпающимися пылью, лучами они без промаха поражали одну конечность колосса за другой. Ноги, руки, куски туловища — целые груды металла вмиг осыпались прахом и ржавчиной. Вот показалось тело Демидова, многие решили, что тут-то бой и кончится неожиданной победой адепта Смерти."
"Но нет. Алекс специально не попадал в тело самого княжича. Лишь отстреливал один кусок его колосса за другим.
Яростно ревущий и скрежещущий княжич раз за разом отращивал ноги, руки, голову. Но медленно.
Слишком медленно.
Вот, наконец, свалилась ржавой пылью огромная грудная пластина, обнажив все тело Демидова. И Гермейер хищно улыбнулся.
— Бывай, брат. — хихикнул он. — Удачи!
И стрела сорвалась с тетивы. Порожденная луком-артефактом, созданным магами Ургала для охоты на хтонических тварей из мертвой пустыни Хет, эта стрела могла одним касанием лишить жизни какую-нибудь иномирную тварь, или развеять по ветру мощный магический щит.
Но на обессилевшем Никите никакого щита не было. И сам он был лишь человеком.
Вот серая стрела коснулась груди юноши. И в следующий миг остатки колосса развеялись невесомой пылью. А к земле с хрустом и бряцаньем полетели… идеально выбеленные кости княжича. С хлюпаньем они рухнули на обращенный мягкой глиной пол площадки и завязли в нем.
Лишь выбеленный череп скалился на купол, в приближении демонстрирующий все это застывшей толпе.
— Этот артефакт не может покориться тому, кто не умеет обращаться с подобными вещами. — тихо произнес я. — Великое множество наших чародеев погибло в попытках приручить их. Я чувствую, что с этим юношей что-то не так. И нам необходимо выяснить, что именно.
Соратники синхронно кивнули. А толпа, изумленно рассматривающая голые кости, оглушительно взревела.
