Как звездочеты любят называть в свою честь открытые звезды, а кузнецы клеймить клинки, так и многие чародеи любят увековечивать себя в названиях заклинаний, кажущихся им… как вы там говорите? Крутыми!
Но Гермейеру не помогало ничего. Вся арена уже превратилась в вязкую топь, залитую гнилой зловонной жижей. Из этой жижи тянулись кривые костяные руки, хватающие великана за ступни. В воздухе под куполом витал рыжий туман самого зловещего вида, от которого у колосса-Демидова то и дело что-нибудь отваливалось ржавым обломком.
Даже сам сдерживающий купол покрылся налетом черной, смертоносной, магии, усердно сдерживая проклятую ману.
Но княжич не дрогнул. Проржавевшие части быстро регенерировали, а огромные кулаки молотили по арене, стремясь настичь юркого противника. Алекс уже вообще не передвигался по земле. Прокляв самого себя Легкостью — у него нашлось и такое — он парил под куполом, бросая себя толчками от стенки к стенке. Холот на нем совершенно потерял цвет, обернувшись вихрем серой мертвой пыли.
— Гляди-ка, командир! А это не то же самое, что твой Доспех Пустоты? — спросил Виктор.
Да, это был именно его аналог. Доспех Смерти. Просто у Алекса он принял форму… халата, тапочек и широкополой шляпы.
Когда ладонь колосса пролетела в каком-то полуметре от Гермейера, закрутив его в воздушном потоке, у того, похоже, наконец лопнуло терпение. Он перестал с широкой улыбкой носиться у вершины купола и осыпать Демидова насмешками. Притормозив взмахом руки, он застыл в самом центре арены, прямо напротив гиганта.
И холодным, ровным голосом произнес:
— Ладно. Это уже не весело. Похоже, ты реально решил меня прибить. Как это там… А! Личная техника! Э-э… Не знаю. Пусть будет Лук Смерти!
И в руках юноши действительно появился черный лук. Изящный длинный лук, сложенный из нескольких элементов, напоминающих серые лезвия. А за его спиной возник колчан.
Мои соратники удивились. Лук — редкий выбор в качестве сотворенного оружия. Редкий и странный.
А вот у меня при виде этого оружия резко сжались челюсти.
Лук выглядел до боли знакомым. А когда парень выхватил из колчана стрелу, словно источающую могильный холод, ощутимый даже здесь, высоко в небе, я заскрежетал зубами от узнавания.
— Это Маритекс. — мрачно произнес я так, чтоб услышали лишь мои спутники. — Оружие Всадников Праха. Младших господ Ургала. Мира Смерти.
Виктор и Мария изумленно посмотрели на меня.
— Что⁈ Откуда⁈
— Точно! — хлопнул себя по лбу Виктор.
