С момента пробуждения я взращивала в себе позитивный настрой, уверенная, что смогу найти слова, которые убедят Максима, что ситуация с Костей больше не повторится, поэтому сейчас, оказавшись один на один с тишиной пустой квартиры, ощущаю себя как воздушный шарик из которого выпустили воздух.
В расстроенных чувствах сползаю по стенке на пол и утыкаюсь лбом в колени.
А что если это конец? Что если Максим не простит меня? Может быть, теперь он станет иначе смотреть на наш брак и больше не захочет жить вместе? Или решит развестись? От мысли о разводе, который еще несколько недель назад казался мне благословением, горло перехватывает спазмом, а слезы туманят глаза.
Почему-то сейчас я с особенной ясностью понимаю, сколько всего он сделал для меня за такой короткий промежуток времени. Он ведь не должен был. Его семья заплатила по счетам, а меня Максиму по-сути навязал собственный отец, но он всегда относился ко мне с уважением и симпатией. Почему я не ценила этого с самого начала?
Надо взять себя в руки. Нельзя раскисать.
А вдруг муж вернется прямо сейчас и увидит меня в таком состоянии? Сегодня ведь его день рождения. В такой день мне нельзя быть эгоисткой и думать о себе - лучше сделать что-то для него.
Я решительно поднимаюсь с пола и иду на кухню. Максим любит завтракать, а еще ему нравятся мои панкейки. Поэтому я сейчас сварю свежий кофе, испеку блинчики и когда он придет, а это наверняка случится очень скоро, потому что он бы не уехал далеко, не предупредив, я встречу его с улыбкой и поздравлениями.
Через полчаса у меня сервирован стол, а по кухне разносятся ароматы свежей выпечки. Но Максима нет. Он не возвращается ни через полчаса. Ни через час. Ни через три.
В конец перенервничав, я сдаюсь и набираю его номер. Если он не ответит или скажет больше его не беспокоить, что ж, я хотя бы буду знать наверняка, что все кончено.
- Да, слушаю тебя, - обезличенное приветствие больно ранит меня в самое сердце.
- Привет. С днем рождения, - бормочу я, чувствуя себя в этот момент полной дурой.
- Спасибо, Влада, - его голос немного смягчается, но следующие слова вводят меня в ступор: - Я немного занят. У тебя что-то срочное?
У меня ощущение, словно меня пнули в живот. Я ожидала чего угодно, но только ни этих слов. Злости, может быть, но точно не подчеркнутого равнодушия, с которым Максим пытается от меня отделаться.
- Я хотела узнать, когда ты приедешь домой, - мой голос дрожит, но я ровным счетом ничего не могу с этим сделать.
- Пока не могу.
