- А мы знакомы, - говорит Лика чуть насмешливо. - Удивительно, как тесен мир.
- Присоединишься к нам? - предлагает Костя.
- Нет, меня ждут. Была рада тебя увидеть, - манерно бросает певица, а потом вдруг посылает мне самодовольную улыбку и, прежде, чем уйти, произносит: - Влада, передавай привет Максиму. Он так много работает, совсем себя не жалеет.
Если этой фразой она хотела меня ранить, ей это прекрасно удалось. Очевидный личный подтекст ее слов не дает мне усомниться - она знает, о чем говорит.
В груди становится тяжело.
Я чувствую, как кровь отходит от лица, а сердце болезненно сжимается.
Несмотря на то, что я зарекалась это делать, с того дня, как Варя показала мне фотографию Власовой в северных снегах, я ежедневно проверяла ее аккаунт. К моему облегчению, все последующие посты певицы были с Московской геолокацией, но сейчас меня вновь терзают сомнения - неужели, она все это время была с Максимом?
Наверное, чтобы не мучить себя, мне нужно было спросить у него обо всем напрямую сразу же, но я так и не решилась этого сделать, а с каждым проходящим днем возвращаться к этой теме становится все сложнее.
В итоге наши с ним ежедневные разговоры по телефону свелись к вежливым банальностям, и то хрупкое доверие, которое на некоторое время установилось между нами, было безвозвратно утеряно.
- Кость, я поеду, - со вздохом говорю я. - У меня что-то голова разболелась.
Ужин, который и так начался с крайне неприятной беседы, после появления Лики стал безнадежно испорченным.
- Я отвезу, - предлагает Костя.
- Не стоит.
- Прекрати, - он раздраженно бросает на стол вилку.
Он просит счет и, расплатившись, выводит меня из ресторана.
- Отвези меня домой, - прошу я, называя адрес квартиры Максима. - Свою машину я завтра заберу.
Мы едем молча. Обычно нам с Костей всегда есть о чем поговорить, но сейчас между нами словно выросла глухая стена.
- В понедельник я улетаю на Кипр. Пробуду там неделю. Потом поеду в Лондон, - говорит он, остановившись возле кованных ворот у дома.
- Влада, поехали со мной.
- Что? - переспрашиваю я, уверенная, что ослышалась.
- Со мной, - повторяет он с нажимом. - Я таким дураком был. Скажи мне, что сделать, чтобы ты ушла от Андреева. Тебе деньги нужны? Скажи, сколько.
Я мотаю головой.
- Кость, не продолжай, прошу тебя. Ты понятия не имеешь, о чем говоришь.
- Я знаю, что ты долгое время была ко мне неравнодушна, - говорит он, заглядывая мне в глаза. - Я был таким идиотом. Но больше не буду.
