С крыши на канатах уже спустили первую букву «Е», и один из мужчин, крепкий и коренастый монтажник, притягивал ее к себе.
Усевшись в Рэндж Ровер, Демьяновский не стал сразу включать зажигание. Положив руки на руль, лениво наблюдал, как рабочие монтируют огромные буквы вывески, просто обязанные сложиться в «ЕВА-фитнес», как и на рекламном щите неподалеку. «Фитнес в небесах» – гласила дальше реклама.
– Цены небось тоже заоблачные, – усмехнулся Демьян. – И что теперь делать? – задумчиво хмыкнул он, возвращаясь к собственным проблемам.
– Где искать Камиллу? И самое главное, если не она, то кто попер бабки?
Роман глянул на стену. Букву «Е» уже прикрепили, а две оставшиеся огромные красные буквы почему-то спускали вниз.
«Мадам, кажется, цвет не понравился», – мысленно пробурчал Демьяновский, наблюдая, как из здания холдинга, взявшись за руки, выходит чета Агафоновых. Мишка в новой кожаной косухе цвета темного меда и Ева в темном пальто и на огромных каблучищах. Длинные черные волосы развевались на ветру, и Мишкина жена, достав заколку, быстро собрала их в хвост.
Агафонов, гордый и добродушный, заметив старого друга в машине, махнул рукой, приглашая присоединиться к просмотру.
– Не-а, – отказался Роман. – Мне и здесь хорошо.
Ветер стих, но выходить на мороз из теплой машины все равно не хотелось.
«А и Б сидели на трубе, – поморщился Демьяновский, ощутив незнакомое чувство. То ли от грусти закололо сердце, то ли от раздражения. – Откуда ты взялась на наши головы, Ева? – подумал он, разглядывая точеную фигурку и длинные волосы Агафоновской жены.
– Молодая, красивая и, кажется, из очень богатой семьи. Такая не станет деньги со стола тырить, – вздохнул он и тут же остановился. – У Камиллы тоже родственники не бомжи. Наверняка состояния самого Янхеля хватит на несколько поколений. А может, Мальвина моя – клептоманка?» – фыркнул он про себя, замечая, как Агафонов одновременно умудряется уговаривать жену и дает команду поднимать буквы. Даже издалека он приметил надутые губки красотки, усмехнулся, когда Мишка трогательно и нежно чмокнул жену в нос и прижал к себе.
Роман не видел лица Агафонова, стоявшего почти спиной, лишь наблюдал, как одна рука крепко и собственнически легла на талию жены, а другой Ага машет в воздухе и что-то весело кричит.
«Майна, вира и снова майна», – усмехнулся Демьяновский и от нечего делать поднял глаза вверх. Остановил взгляд на двух монтажниках, пытающихся приставить букву «В» к стене и как-то ее закрепить.
