Бояться встречи с Правителем глупо — сразу ничего не случилось, значит уже и не случится.
И все бы ничего, если б леди Илзерран не поставила меня рядышком с той тщедушной сестричкой.
— Посмотрите направо. С сего дня и до самого конца вашего пребывания на отборе, — с невыносимым пафосом произнесла драконья жрица, — именно эти глаза с сочувствием и добросердечием будут следить за вами через особые кристаллы. Именно эти достойнейшие сестры будут внимательно наблюдать за тем, чтобы вы не нарушали правил.
Затем жрица замолчала, кашлянула и уже не так пафосно оповестила нас, что единственные места, где мы остаемся наедине с собой — ванный комплекс и гардеробная.
— Может не стоило хлопать дверью перед моим носом? — едко спросила милая с виду сестра.
На что я только фыркнула и одними губами ответила:
— Ты будешь сильно удивлена, сестричка.
Затем нас заставили склонить головы для благословения. И доставшаяся мне «сочувственная и добросердечная» Божья Сестра так старательно выполняла свою миссию, что выдернула у меня пару волосинок.
Интересно, если попросить Гамильтона сожрать ее туфли, он попросит сырный соус или откажется?
Скосив взгляд, я посмотрела на модные ботиночки сестрички — стопроцентная кожа, может и согласится!
4.5
Нас построили парами и, к вящему неудовольствию бесценной сестры, меня, а соответственно и ее, поставили в самый конец. Как же сияла леди Морей!
И я вдруг подумала, что надо бы присмотреться к остальным девушкам. В конце концов, Правитель у нас хоть и полу-, но не его в том вина! Надо подобрать ему жену получше, ибо я не хочу жить в стране, которую штормит под гнетом Морей.
«С другой стороны, Правитель и сам способен догадаться, что от лорда-предателя ждать можно только очередного качественного предательства?».
Лорд Морей и правда был хорош в этом. Ведь даже голод Окраины сошел ему с рук. Тут же нашлись и обстоятельства непреодолимой силы (запрещенные артефакты с острова Цветов), и важные обстоятельства (золото, ведь продовольствие на Окраину поставляется по сниженной цене), и еще куча свидетелей, что голода не было!
Последним, правда, неизвестные энтузиасты отрезали языки, и лорд Морей выступил с отрепетированной речью, где всячески поносил этих самых свидетелей.
Скользкий мерзавец.
— Нанесите на лицо оттенок разумности, — прошипела Божья Сестра, — вы стоите перед Правителем!
А я, погрузившись в свои мысли, даже не заметила, что наша цепочка дурочка уже куда-то дошла.
