Ты будешь жить, но то будет лишь подобие жизни. Ты будешь существовать. Ты отправишься на Остров Забвения в Ледяном океане, где и будешь коротать свой век в полном одиночестве на холодном куске камня размером три на три метра. Больше никогда ты не увидишь ни одного человека и не услышишь человеческую речь. Корабли обходят Остров Забвения стороной.
— Остров Забвения? — заорала она, показав страшные сточенные зубы. — Только не Забвение! Лучше отправь меня в обычную тюрьму или верни к Фу-Манчи! Я не смогу быть одна, совсем одна посреди океана! Верни меня в мой любимый цирк!
Амара кричала и визжала до тех пор, пока Баббинг ее не увел.
Его задание было четким — доставить старуху на Остров Забвения и высадить там. На Остров ссылали самых матерых преступников — оттуда она точно никому не сможет причинить вреда.
С огромным волнением я ступил на борт своего корабля, приказывая себе не думать о плохом.
Хотя мой «Отважный» и считался самым быстроходным судном во всем Эльмарино, но до плыть до Пика было шесть часов, и это днем и в хорошую погоду.
Ночью, при таком бурном море нельзя было развивать скорость больше шести узлов.
Я гнал «Отважного» на четырнадцати, надеясь обогнать ураган. Подозреваю, половина команды после этого сбежит с корабля.
Но мне было наплевать.
Я представлял Виолетту одну, в темноте среди этого бушующего моря и акул, и сердце сжималось.
Корабль плыл в темноте, словно призрак, влекомый невидимыми силами. Небо затянуло темными тучами, а море вздымалось, бурля и яростно шипя.
В десятках миль вокруг не было ни огонька, ни берега, только мрачное единство водной бездны и бескрайних просторов ночи.
Каждый завихренный подъем волны казался живым существом, готовым поглотить все на своем пути.
Я всматривался в черноту, прислушиваясь к реву шторма.
Мачты скрипели, словно предвестники беды, а ветер завывал, напоминая о заброшенных душах моря, ищущих утешения.
Но, несмотря на страх, моя надежда найти Виолетту живой не угасала.
«Отважный» продолжал свой путь, пробиваясь сквозь необъятную черноту и стремясь к свету, которым для меня была она."
"Подплывая к Пику Погибели, я велел включить самый яркий магический бортовой фонарь, который осветил черный зубец и…
Маленькую фигурку на нем, которая изо всех сил цеплялась за скользкие края скалы.
Она дождалась меня. Она выжила.
Девушку подняли на борт — прямо в мои объятия.
