Догадывалась и молчала, видя, что творится с ее дочерью.
— Настя? — раздался голос Даниила. Сил отозваться не было. — Настя… — позвал он, уже стоя рядом с креслом, на котором я сидела в позе калача.
Рука Даниила опустилась мне на плечо и слегка его потормошила. Я оторвала голову от колен и посмотрела на него.
— Да что случилось? — во взгляде его плескался испуг. — Что сказал тебе тренер?..
— Ничего, — затрясла я головой.
— Тогда, почему ты выглядишь такой испуганной? — нахмурился он.
Но взгляд его не вязался с тем, как повел себя дальше.
Даниил присел возле меня на корточки и взял мои руки.
— Настя, о чем вы говорили с тренером? — медленно спросил, заглядывая мне в глаза. — Обо мне?..
— Нет… Нет, — повторила уже намного тверже. Срочно нужно взять себя в руки, пока все не стало еще хуже. — Это не касается тебя…
— Да? Странно… Не знал, что у вас с дядей Сашей есть какие-то общие дела.
Он просто удивился — искренне и бесхитростно. Пока… И если я сейчас же не выдам какую-нибудь правдоподобную версию, то в нем зародятся подозрения.
— Я кое-о-чем попросила Александра Брониславовича. Об одном одолжении… Он кое-что должен был выяснить для меня, используя свои связи. Ну вот по этому поводу он и звонил. К тебе это не имеет никакого отношения…
Еще как имеет! Я смотрела на Даниила и все сильнее осознавала, что он свободен. Никогда он не женился на дочке генерала. Не писал мне того письма, если, конечно, не сошел с ума раньше, чем потерял память.
Он ехал ко мне, но не доехал…
Боже! Что же мне теперь делать со всей этой информацией? Как жить дальше? Как вести себя с Даниилом? Ведь если раньше я хотела лишь помочь ему все вспомнить, то теперь… теперь я захочу вернуть его в свою жизнь. Но он уже не тот Даня, каким был когда-то.
— Расскажи, — попросил Даниил. — Вот увидишь, после этого тебе станет легче.
— Это будет очень трудно сделать, — пробормотала я, невольно сжимая его руки."
"— А ты попробуй, — улыбнулся он и сел прямо на пол, у моих ног, не выпуская моих рук.
Еще и привалился к креслу, и теперь его тело касалось моих ног. Я чувствовала, какой он теплый, надежный, родной… и любимый.
Да! Все эти годы я продолжала любить его, хоть было время, когда я научилась даже не вспоминать о нем. Но любовь жила во мне независимо от моей на то воли. Первую ее вспышку испытала, когда снова встретила Даниила, когда для меня он вдруг воскрес.
