"Невинная штучка Итана
Пролог
Анна
— Ну, что, красавица? Как-нибудь созвонимся, — говорит Иван, забирая свой паспорт у португальского пограничника. — Было приятно познакомиться с тобой, Анна.
Подмигивает и уходит, уступая место у окошка для меня.
— Предъявите паспорт, будьте добры, — звучит голос таможенника на английском языке.
Протягиваю руку и опускаю документы на стойку.
— С какой целью прибыли в Португалию? — устремляет на меня цепкий взгляд сквозь стеклянный барьер.
— Учёба по обмену, — отвечаю, используя их родной язык.
Мужчина удивлённо вскидывает бровь.
Чувствую, как моей ноги касается что-то влажное и прохладное.
Овчарка.
— Фу! Фууу, черррт! — вскрикиваю, ощутив липкий холодок между лопатками. Сердце тут же ухает в пятки и замирает. — О-ох, Господи… Уберите собаку! Уберите! Я их безумно боюсь…
Трясусь, не шевелясь, пока животное обнюхивает меня и подозрительно гавкает.
— Девушка, пройдемте с нами, — говорит тот, который держит пса за ремень.
— Какие-то проблемы? — произношу дрожащим голосом.
Не могу понять, с чего вдруг на мне зациклилась эта несносная псина.
— Собака обучена распознавать наркотики, — голос второго таможенника ввергает в шок.
Откуда у меня наркотики? Что за бред?
— Предоставьте к осмотру личные вещи, будьте добры.
— Это шутка? — всё ещё не верю словам пограничника.
Судя по изменениям на его лице осознаю, что мой вопрос только сильнее разозлил мужчину в форме.
— Предоставьте к осмотру личные вещи! — повторяет более резким тоном, от которого приходится вздрогнуть.
— Иначе мы вас задержим за неповиновение требованиям и сопротивление сотруднику таможенных органов.
— Но у меня нет наркотиков! — едва не плача, вскрикивает всё моё напуганное существо.
Господи, пусть это недоразумение выяснится поскорее…
— В комнату для допросов её, — главный отдаёт приказ охране, а я едва не падаю в обморок. Вся жизнь проносится перед глазами.
Не успеваю опомниться, как волосатые руки хватают меня за плечи и тащат куда-то в сторону, подальше от людей.
Боже, стыд-то какой…
— Вы не имеете права! — начинаю паниковать ещё сильнее. В висках дубасит ледяной страх. — Я буду жаловаться в Консульство!
Не обращая внимания на мои громкие протесты, таможенники ведут меня по долгим и мрачным коридорам на второй этаж.
Как только заходим внутрь комнаты, похожей на те, что в фильмах используют для допросов, моё обессиленное тело толкают к массивному столу. Падаю на него, ударяясь животом о столешницу.
