Он готов был пожертвовать всем, что у него есть, но никто не хотел отдавать свою жизнь во благо спасения другого даже за столь высокое вознаграждение.
– Вот, значит, как, – с грустью произнес поверенный герцога, который, как и я, был в целительском крыле частым гостем.
– Что делать, скажи мне… – его светлость закрыл лицо ладонями, склоняя голову. – Я готов отдать свой титул и жить в бедности, только бы спасти сына…
Сердце, которое наполовину было мертво, окаменело полностью. Мои руки упали вдоль тела, а глаза, воспаленные от нескончаемого потока слез, снова увлажнились…
«Неужели выхода нет? – я не могла поверить.
– Неужели я больше не увижу, как ты смотришь на меня и улыбаешься? Не услышу твой голос и не вдохну аромат, свойственный только тебе одному?»
В груди сильно сдавило и меня повело в сторону. Уперлась ладонью в стену, слыша удаляющиеся шаги мужчин. Закрыв дверь, за которой только что моя надежда разбилась на множество осколков, я медленно повернулась к кровати.
– Значит, это конец… – сорвалось тихое с губ. – Конец нашим отношениям, любимый… – слезный ком не давал говорить, но я прикладывала усилия, чтобы шептать в тишину палаты.
Неспешно, контролируя каждый свой шаг, так как перед глазами все плыло от слез и эмоций, я направилась к Лиену. Опустившись на самый краешек кровати, я, наплевав на данное ранее обещание, откинула уголок белой ткани, всматриваясь в дорогие сердцу черты лица. Моя рука потянулась к его губам, прикасаясь к ним…
– Холодный… – из груди вырвался всхлип, но мне удалось пресечь подступающую истерику, ведь то, что я задумала, нужно было совершать в более-менее спокойном состоянии, чтобы не допустить ошибки.
– За окном ночь, – грустно улыбнулась я, смотря на закрытые глаза мага огня, – а это значит, что никто не помешает мне. Знаю, – качнув головой, откинула челку любимого в бок, – ты не простишь меня за это, но и я не смогу себя простить, если брошу тебя. Твой папа… Он ждет и верит.
Я обещала ему, пусть и мысленно, что ты вернешься. Не злись, когда очнешься, – голос снова дрогнул, и я смахнула с щек бегущие ручьями слезы.
Наклонилась и запечатлела поцелуй на холодных губах. Слезинки упали на лицо Лиена, и я поспешила их стереть, ласково касаясь подушечками пальцев смоляных бровей, постепенно спускаясь к подбородку.
– Знай, ты навсегда в моем сердце…
Не собиралась вновь накрывать его этой злосчастной тряпкой.
