Книги о них можно найти и в центральном государственном архиве, и в королевском хранилище, не говоря уже о библиотеке Высшей магической школы. При желании. Но, — мужчина небрежно пожал плечами, — в том-то и дело, что у кузена такого желания никогда не было. И посещать занятия он не любил. Не удивлюсь, если выяснится, что он благополучно пропустил мимо ушей все, что говорилось на эту тему в ВМШ.
Мда… Граф с женой просто созданы друг для друга, как я погляжу. Идеальная пара молодых светских бездельников — по-своему неплохих, но эгоистичных, легкомысленных и непозволительно беспечных
— Зато кое-кто учился намного лучше моего бедного мужа и сразу все понял, — буркнула, вспоминая избушку в лесу, незнакомку, покушавшуюся на мою жизнь, и ее слова: «Теперь он только о тебе и думает»…
Могир…
Интересно, как он узнал? Рассказали или сам увидел? В храме помимо жреца находилось еще по крайней мере двое человек… Жаль, лица вспомнить не получается… Значит, это Могир на нас напал? Или тайна известна не только ему, и лес вокруг имения сейчас просто кишит претендентами на руку, а главное, тело Мэарин Ольес? Им плевать, что в этом самом теле в данный момент заперта моя испуганная душа.
И…
Нет, так дело не пойдет. Надо выдохнуть, успокоиться и, наконец, задать главный вопрос.
Смяла в ладонях ткань платья, чтобы было не так заметно, как дрожат пальцы. Сосчитала в уме до пяти — на большее меня не хватило, а потом спросила:
— Что же мне теперь делать?
— А вы действительно готовы что-то делать? — В голосе герцога звучала ирония.
— Выслушать, принять разумные доводы и поступить, как вам скажут? Без слез, капризов, праведного возмущения и опрометчивых поступков?
Жить захочешь — не так раскорячишься. Я, конечно, не произнесла этого вслух, все равно не оценят. А жаль… Пришлось проглотить насмешку собеседника.
— Ваша светлость, я кажусь вам глупой взбалмошной девчонкой, — все-таки не вытерпела, уколола, — с высоты вашего почтенного возраста…
Ребячество, каюсь, но, когда Саллер на мгновение недовольно сжал губы, почувствовала себя почти отомщенной.
— Наверное, я такая и есть… была, но теперь, когда мне и моему мужу угрожает опасность, — как ни старалась сдерживаться, голос невольно дрогнул, — поверьте, сумею вести себя соответствующе. — В памяти неожиданно всплыло строгое умное лицо, и я с достоинством добавила: — Мой отец Гольвен Астон.
— Не думаю, что лично вам, графиня, угрожает что-то серьезное, — нехорошо усмехнулся герцог.
