Что их вызвало, никто не знает, но есть погибшие, а раненых доставляют в огромном количестве. Больницы Земли не справляются.
– А что на месте? – удивилась я.
– Всех, кого можно было вылечить на станции рядом с планетой, уже вылечили и оказали первую медицинскую помощь. С остальным – к нам: мы ближайший крупный мегаполис. Так что работаем. С лекции по био я тебя снял: у нас не хватает специалистов по ракшам. Да и часть землян с авито заберешь себе, – быстро объяснил мне ситуацию шаутбенахт.
– Как скажете, сэр! – Энтузиазм бил из меня ключом.
И, получив один из медицинских боксов, я начала работать. Травмы у человека, нанесенные неродной планетой, поддавались лечению тяжелее обычных. А уж если говорить про такие вещи, как травмы, полученные в результате различных природных явлений, то с ними оказалось еще труднее. За день я насмотрелась всего: от обычных ожогов до костей, с которых была частично удалена мышечная масса. У некоторых имелись внутренние повреждения.
В итоге к шести вечера я еле передвигала ногами, но совсем разбитой себя не чувствовала.
Зайдя в очередной раз в смотровое помещение, я увидела там вместо пациента Ремарка, удобно расположившегося на кушетке. Я замерла, а адмирал посмотрел на меня.
Вот так мы и смотрели друг на друга – как мышка и удав.
Опомнившись, я поприветствовала старшего по званию, а Ремарк поморщился. Но потом взял меня за руку и потащил прочь из медицинского отделения.
– А… Куда? – только и смогла пролепетать я.
Сейчас меня сковывало смущение, так как все отделение, начиная от медперсонала и кончая больными, смотрело на нас.
– Козеро тебя уже отпустил. А у меня появилось окно. Эта авария так не вовремя случилась!
– Катаклизмы всегда происходят не вовремя, – произнесла я умную фразу, так как не знала, что еще сказать.
– Что правда, то правда, – подтвердил адмирал.
За рекордные сроки мы добрались до его бокса. И, после того как он открыл дверь, зашли внутрь и разместились в гостиной.
Я присмотрела себе, для того чтобы присесть, диванчик, но Ремарк, удерживая мою руку, сел сам и усадил меня к себе на колени.
Все события происходили очень быстро, и это сильно меня смущало.
– Мне кажется, нам нужно поговорить.
С этим нельзя было не согласиться.
– Думаю, да, сэр.
– Не называй меня «сэр»! Терпеть не могу, как ты это произносишь. Когда я слышу это из твоих уст, меня просто коробит."
"Я не смогла сдержать улыбку.
