— Мы с Ксенией и ров вырыли, и лопаты оставили, только всё украл Афанасий.
— Какой ещё Афанасий?
— Котов! Какой ещё?
— Афанасий Петрович Котов? Замглавы администрации поджёг ваших пчёл? Очень мило, — усмехается пожарный, и его ребята поддерживают коротким повсеместным гоготом.
— Девушка, — обращается ко мне. — Милая, вы давайте душу не рвите. В конце концов, это же не детёнка в пожаре потеряли, а всего лишь пчёл. Да, жалко, но поправимо. Время не тратьте, попробуйте в страховую обратиться. Потому что пасека — это не крупный материальный, вряд ли кто-то станет разбираться, вы потратите деньги и время, лучше копите их на новые пчелиные семьи, потому что следующий этап зависит от того, были ли обнаружены при тушении пожара погибшие или нет.
Скорей всего, после проведения дознания, чтобы не нагружать систему всякой мелочёвкой, не найдется признаков преступления, свидетельств поджога. И вам составят и передадут постановление об отказе в возбуждении уголовного дела. При этом вы, конечно, можете предъявить гражданский иск в суд на того, из-за неосторожности которого или ненадлежащего исполнения которым своих обязанностей произошёл пожар.
Но мы здесь такого не видим. Это очевидно.
— Как же у вас всё складно получается, — выдавливаю из себя, становится тошно.
— То, что ульи явно сгорели изнутри, а вокруг почти ничего не пострадало, видно и без дознавателя, — строго замечает Максим.
— Причиной может быть несоблюдение правил пожарной безопасности, — тараторит командир одно и то же. Вы говорили, там была бумага и сухая трава, но сейчас там только обгоревшие рамки.
И по-прежнему нет доказательств того, что была вода, а лопаты соседи с собой принесли.
— Это сделал Афанасий! Её бывший ухажёр из нашей администрации. И я Ксюше верю, не такая она, чтобы врать, они с Максимом видели, что внутрь ульев были засунуты бумага и сено, — поддерживает меня рыданиями Виолетта. — А он ей не раз угрожал, что если она за него не выйдет, то ещё поплачет! Он это! К бабке не ходи!"
"— То есть у вас конфликт с Афанасием Петровичем Котовым, и вы решили спихнуть на него вину за пожар на пасеке? — смеётся командир.
— Это к делу не пришьёшь, нужны доказательства. Зачем ему это?
— Да Афанасий это!
— И я подтверждаю, — снова Егор, — у него только выгода была!
— Другими словами, единогласно сыплются голословные обвинения в сторону замглавы администрации, но никто из вас Афанасия Петровича рядом с ульями не видел.
— Я заметил человека, бродившего между ульями в темноте.
