Он из ваших, в полиции работал, в Новосибирском сельском районе. Вроде замначальника. Как фамилия – не знаю…
– Откуда знаешь, что он из полиции? – насторожился Вадим.
– Сам сознался…"
"– Слушай, у тебя все белыми нитками шито и рвется, как гнилая рубаха, – образно заметил Кривицкий, с опаской поглядывая на гробик, который оседлал. – Я понимаю, что ты не злоумышленник, но… Полагаешь, такое прокатит?
– Одни сутки, Вадим, – взмолился я. – Максимум двое. И у тебя будет стройная версия запутанного дела, которое ты блестяще раскрыл и заслужил внеочередное звание.
– М-да? – Кривицкий задумчиво почесывал ручкой переносицу. – Ну не знаю, не знаю… Это все-таки убийство, а не кража велосипеда…
– Какое убийство? – вскричал я. – Он сам в себя выстрелил, любая экспертиза докажет!
– Ладно, не ори, – шикнул он. – Что-нибудь придумаем.
– И чтобы никаких временных задержаний на сорок восемь часов, или чего вы там любите?
– Ага, медаль тебе выпишем, – усмехался капитан. – «За заслуги перед Отечеством».
Ладно, больше ни с кем не разговаривай, поедете со мной… Да не в кутузку, не багровей…
Он куда-то испарился, заговаривал зубы людям, осматривающим тело. Мы сидели на полу, я обнимал Варвару. Все закончилось как-то странно, мы вроде другими вещами собирались заняться…
– Я Сергею Борисовичу позвоню… – шептала Варвара, укладывая голову мне на плечо. – Надо поставить его в известность…
– Не надо никуда звонить, – возражал я. – У человека утром в Барнауле ответственная лекция, не стоит беспокоить по пустякам…
Эпилог
Только через пару дней мы все собрались вместе.
Был вечер, музей уже закрылся. Повод выпить имелся железный. Сергей Борисович извлек из тумбочки бутылку хорошего французского коньяка, разлил по чашкам, из которых мы пили чай. Варвара со сосредоточенным видом строгала лимон.
– Надеюсь, вы не за рулем? – строго посмотрел на меня Сергей Борисович.
– За рулем, – кивнул я.
– Отлично. – Он продолжал разливать продукт. – У меня есть телефончик фирмы «Трезвый водитель», позвоню, и вас увезут на вашей машине.
Услуга бесплатная.
Варвара морщила нос, чтобы не рассмеяться. Мы сидели рядышком, словно так и надо. Она вошла в мою жизнь и, надеюсь, никуда не собиралась. Утром смеялась, едва проснувшись: «Снова завтрак в постель? Ты еще прошлый не отстирал!»
– Давайте выпьем, – сказал Сергей Борисович. – За то, чтобы никогда не сталкиваться в работе и в личной жизни с подобными явлениями.
Мы выпили. Аминь.
