Спрыгнул и с удвоенной энергией взялся за расчистку туннеля.
Час спустя он вытер краем канзу лицо, где пот смешался с пылью, превратившись в грязную пасту.
— Думаю, теперь я пролезу.
Он на животе прополз в образовавшееся отверстие. Ясмини со страхом смотрела, как его тело, потом ноги и наконец ступни исчезают из виду. Немного погодя он позвал:
— Ясси! Все в порядке! Давай.
Она была настолько меньше его, что смогла ползти на четвереньках. Очень скоро свет усилился, и она увидела Дориана, сидящего у выхода из туннеля.
Перед ними был плотный покров растительности, но за ним светило солнце.
— Где мы? — спросила Ясмини, садясь рядом с Дорианом.
— Не знаю.
Он очень осторожно развел стебли.
Они находились в углублении, окруженном рухнувшими стенами из коралловых глыб, распавшихся от времени и непогоды. Вся местность густо заросла зеленью.
— Оставайся здесь! — сказал Дориан и выбрался на солнечный свет. Осторожно поднялся на развалины и осмотрелся.
Он увидел пальмы и зеленый мангровый лес, а за ним белый песок и ярко-синий океан.
Дориан узнал это место: он бывал здесь, когда выходил из зенана.
— Мы за пределами зенана, — удивленно сказал он. — Туннель проходит под стеной.
— Я за всю жизнь ни разу не выходила.
Ясмини поднялась за ним.
— Слушай, это пляж? А нельзя нам туда пойти, Доули?
Они услышали голоса и быстро спустились в углубление. Ниже их убежища, не поднимая голов, прошла группа женщин. Это были рабыни-суахили, черные девушки с открытыми лицами и большими вязанками хвороста на головах.
Они удалились, и их голоса стихли.
— Мы можем пойти на берег? — взмолилась Ясмини. — Ненадолго и всего один раз."
"— Нет, глупая девчонка! — строго ответил Дориан. — Рыбаки увидят нас и расскажут Кушу. И на кладбище появится еще одна могила. Ты знаешь, что бывает с девушками, которые его не слушаются.
Он снова спустился к входу в туннель.
— Пойдем.
— Может, Всевышнему угодно, чтобы я никогда не поплавала с тобой в океане, — печально сказала она, по-прежнему глядя за деревья.
— Спускайся, Ясси. Нам пора.
Слова Ясмини встревожили Дориана.
Всякий раз как он уходил и в одиночестве плавал в океане, он чувствовал себя виноватым, и, хотя девочка больше не упоминала об этом, ее просьба постоянно звучала в его памяти.
В последующие недели он незаметно разведал местность за восточной стеной зенана и обнаружил между деревьями множество заросших развалин. Они почти целиком были покрыты растительностью, а у их подножия муссон намел холмы песка.
