При свете горящих факелов они восстановили порядок, обезопасили крепость от нападения и приставили к добыче сильную охрану. К тому времени Том валился с ног от усталости.
Неглубокая рана на бедре, нанесенная аль-Ауфом, горела, болела каждая мышца тела.
— Все теперь в безопасности, Клиб. Об остальном можно позаботиться завтра. Ты должен отдохнуть.
Аболи появился рядом с Томом как из-под земли.
— Есть одно дело, которое не может ждать до завтра.
Том прошел к воротам, где все еще лежал Большой Дэниел.
Вдвоем они завернули большое тело в обрывок паруса, и одна из команд носильщиков отнесла его на берег.
Уже заполночь Том пошатываясь спустился по трапу к каюте на корме «Серафима». Рядом с койкой, на которой лежал Хэл, сидел один из помощников врача.
Том сказал:
— Я за ним присмотрю.
Он отослал помощника и упал на жесткую палубу. Дважды за ночь его будили стоны отца. Один раз Том дал ему воды, — отец просил пить, потом держал оловянную миску, куда отец помочился. Юношу глубоко тревожило то, что Хэл стал беспомощным, как младенец.
Но утомление и жалость отступили перед удовлетворением от сознания того, что он может помочь отцу.
Том окончательно проснулся перед рассветом, и на одно ужасное мгновение ему показалось, что отец ночью умер, но когда он коснулся щеки Хэла, она была теплой. Том поднес к губам отца стальное зеркало для бритья и с облегчением увидел, как затуманилась поверхность. Дыхание Хэла все еще отдавало ромом, но он был жив.
Том хотел остаться с ним, но знал, что отец ожидал бы от него другого.
Он оставил Хэла под присмотром лекарского помощника и еще до восхода солнца вернулся вместе с Аболи на берег.
Было по-прежнему очень много дел. Мастеру Уэлшу и писцу с «Йомена» Том приказал составить перечень захваченной добычи. Андерсон присматривал за упаковкой сокровищ и запечатывал ящики, которые переносили на берег и оставляли под охраной доверенного офицера и вооруженных матросов.
Затем Том послал за Бен-Абрамом. Старик выглядел утомленным, и Том подумал, что он совсем не спал.
— Я знаю ваш обычай хоронить мертвых до захода солнца на второй день.
Бен-Абрам кивнул.
— Ты знаешь наши обычаи не хуже языка.
— Сколько мертвых?
Бен-Абрам помрачнел."
"— Триста сорок три — это те, кого я успел сосчитать.
— Если поручишься за благоразумие ваших людей, я прикажу освободить пятьдесят из них, чтобы они выкопали могилы.
Бен-Абрам выбрал место для погребения в дальнем углу старинного мусульманского кладбища и поставил своих людей на работу.
