На Земле Руслана в двадцатом и двадцать первом веках тоже существовала такая система, известная под названием «Мёртвая рука», но она была не в пример скромнее и к двадцать второму веку вообще перестала быть актуальной. Не потому, что люди стали умнее и добрее, задумавшись о конце света, а в силу социальных преобразований. Воевать глобально стало абсолютно невыгодно, и частные конфликты и войны не требовали применения «Мёртвой руки», способной достать победителя «с того света» и не дать ему попользоваться захваченным добром или ресурсами.
Потом наступил черёд Руслана, и по тому, как переглядывались теперь уже «земляне-два», можно было судить, что они поражены не меньше. Особенно когда узнали о существовании Великого Кольца в центре Млечного Пути и о войне со Знающими-Дорогу.
– Так мы же с ними встретились! – воскликнул Иван Ломакин, не отходивший от красивой блондинки по имени Елизавета; как оказалось, бывший оператор космофлота был заместителем Вересова. – Они пытались нас запрограммировать, а когда не вышло – убить!
Руслан переглянулся с Плетнёвым.
– Сюрприз! Расскажите!
Выслушали рассказ об удивительном контакте со Вселенной Знающих, в которую, как в стену камень, врезался Вестник.
– Мы еле ушли, – смущённо признался Копун, с интересом поглядывающий на Веласкеса, признав в витсе «родственную душу». – Пришлось пожертвовать запасами массы и размерами. Наш носитель теперь выглядит как полурастаявший кусок сахара, вы, наверно, обратили внимание.
– У меня вопрос, – поднял руку Шапиро.
– Вы летели, так сказать, по следам своих создателей. Но так и не догнали. А не могли они высадиться где-то в нашей Вселенной?
– Шанс маленький, но существует. Хотя Мультиверс велик и порождает метавселенные спонтанно, не по определённому плану. Мои создатели могли застрять и в метавселенной Знающих-Дорогу либо столкнуться с другим миром.
– Вы тоже называете Большую Вселенную Мультиверсом?
Копун посмотрел на Ядогаву.
– Это термин вашего коллеги. Мои создатели называли её Бесконечным Болотом – в переводе на ваш язык.
– Болотом? – удивился Эвелин и прикусил язык под взглядом Плетнёва.
– Они были земноводными и жили в болотах.
– У меня более приземлённый вопрос, – проговорил Плетнёв. – Почему нас пропустили сюда? Вы говорите, что это межгалактическое метро.
– Скорее межвселенское.
– Почему же мы не погибли, проваливаясь в чёрную дыру?
– На этот вопрос я уже отвечал, – снисходительно заявил Шапиро. – Но готов выслушать вашу версию.
