– Ты сбиваешь их с истинного пути!
– Разве?
Чеслава встала, обошла Ярину кругом, придирчиво осматривая. Языком цокала, ухмылялась, а потом положила ладонь ей на грудь и сказала:
– У тебя-то черт давно на хвосте сидит, и не я его к тебе привязала.
Ярина вздрогнула, невольно заозиралась. Душица руками всплеснула, но вмешиваться не стала, отошла в сторону. Хоть она и выглядела виноватой, но раскаиваться не торопилась.
– Коль бабкин дар использовать не будешь, черт тебя в покое не оставит, – радостно сообщила Чеслава.
Глаза ее затуманились, во взгляде погасли искры разума. – Нет дороги назад, душа моя! Нет! Хочешь обычной жизни? Не видать ее тебе! Сойдешь с ума! Начнешь кликушествовать! А если черт разозлится, ляжет с тобой против воли – будешь ему рожать уродов да упырей!
Последние слова Чеслава прокричала. От ее хохота по коже Ярины мурашки побежали.
– Хватит, – вмешалась Душица. – Пойдем, тебе поспать…
Она не договорила: Чеслава обернулась хохочущим вихрем, сорвала дверь с петель и исчезла за порогом.
Ярина не знала, как теперь быть, стояла и смотрела в темноту, пока Душица поднимала с пола травы.
– И что же мне делать?
– Никто лучше Чеславы тебя не сбережет. Ты бы послушала ее, смирилась со своей долей, да к нашим сестрам примкнула. В обиду мы тебя не дадим, но, коль уйти решишь, – Душица рукой на дверь указала, – за порогом каждый сам за себя.
– Людей со свету сживать предлагаешь? – хотела возмутиться Ярина, но сил у нее не осталось, и вопрос прозвучал еле слышно.
– Не такой уж и большой город-то.
Поселимся там, скроемся от чужих глаз, и никого больше убивать не придется, – мягко сказала Душица. – В мире заживем, в покое.
– С чертями? – сквозь подступившие слезы спросила Ярина.
Она заревела, закрыла лицо руками. Наконец поняла, какое наследство ей бабка оставила. Душица обняла Ярину, к груди прижала, баюкала, словно дитя малое, а та все плакала и плакала, пока не иссякли слезы, до первых солнечных лучей.
– Ступай, поспи, – строго велела Душица, мягкой ладонью вытирая Ярине лицо.
– Не так все плохо, как тебе кажется. Я же живу как-то с чертом за пазухой? И ты сможешь.
Душица не утешила ее, но делать было нечего. Ярина поплелась в ложницу, улеглась в постель и свернулась клубочком. Робкий солнечный луч проник сквозь ставни; соседские петухи закричали.
Сквозь дрему Ярина чувствовала, как кто-то ее по спине гладит. Решила, что Душица пришла утешить, потому не стала глаз открывать, промычала что-то и крепче зажмурилась.
