– Да какой из тебя помощник? Ты же черт, нечистая тварь, только на пакости и способен.
Слова Ярины его явно задели. Он насупился, взгляд отвел, кулаки сжал. Казалось, еще немного – и острые зубы в ход пустит.
– Что-то я не видел, – холодно начал он, – чтобы ты часто к бабке захаживала. Чтобы воду носила. Чтобы дрова колола. Чтобы дорогу к дому зимой чистила. Как теплее становилось, как проходили самые суровые дни, сразу прибегала, чтобы душу облегчить, да? Чтобы в собственных глазах скотиной не выглядеть.
Ярина дернулась, будто ее ударили.
Старшие ее стращали, убеждали, что бабка с ума сошла, что водит дружбу с темными силами, но ведь ходить к ней запретить не могли. Как удержишь в доме взрослую девицу? Не на порог же ляжешь. Но Ярина сама с радостью верила в эти россказни, оправдывала себя, когда на долгие месяцы забывала о бабке. А когда настроение хорошее было, когда не требовалось пробираться по сугробам к далекой избе, приходила, чтобы сделать вид, что она не такая, как остальные, помнит о старухе.
– Так это ты о ней заботился? – тихо спросила Ярина, покраснев до кончиков ушей.
– А кто ж еще, – сухо ответил черт. – Она стала плоха в последние годы, не вставала почти. Не бросать же ее помирать? Ох, прости, вы ведь так и поступили.
Ярина покраснела пуще прежнего. Душица цыкнула, покачала головой и сказала:
– Ты острый на язык, как я погляжу. Что-то полезное умеешь делать или только болтать?
– Все могу делать, – откликнулся черт. – Как и любой из моего племени.
– Такая подмога нам не помешает; думаю, Чеслава рада будет.
– А вам помогать я не нанимался, – хмыкнул черт. – Рыжей был в дар отдан, за ней и пойду.
– У меня имя есть, – зло бросила Ярина.
– А ты не представлялась.
– Сам сказал, что Агриппа тебе обо мне рассказывала, неужели ни разу имени не назвала?
– Допустим, нет. – Черт подпер рукой голову, облокотившись на стол, и сквозь упавшие на глаза черные пряди наблюдал за Яриной блестящими глазами.
– Врун!
– Бессердечная.
– Нечисть!
– Дикарка.
– Хватит! – Душица ударила по столу ладонью, да так, что кружки подпрыгнули. – Пререкаться будете за дверью, а я это слушать не стану. – Она глянула на Ярину. – Коль достался тебе в дар такой болтун, научи его помалкивать.
– Будто я могу его заставить! – возмутилась Ярина.
– Вот-вот, будто она может меня…
Отвесив черту подзатыльник, Душица взяла ложку и сказала:"
"– Чтоб ни слова я от вас не слышала, пока не поедите.
