Он должен войти в историю так, как положено по его делам. Те, кто пострадали из-за него, а таких здесь большинство, обязаны заявить об этом. В присутствии четырех стихий, изначальной тьмы и живительного света.
Ответом мне было молчание. Я сильнее сжала подлокотники. Тьма волновалась. Она приняла меня только потому, что я не сомневалась в том, что делала. Она подчинилась натиску, но это ненадолго. Тем более, ее фон сокрушительно менялся.
Скоро другая тьма, — дикая и необузданная, — которая никогда не выходила наружу, достигнет нижней площадки и накроет двойку.
Что тогда будет с ними обоими? Смогут ли правители сопротивляться? Ведь Родерик вызвал ее специально.
— Бенджи Ричардсон, вы отец мальчика-Светоча, который погиб при невыясненных обстоятельствах год назад. Как и все зарегистрированные Светочи королевства, кроме меня. Почему вы не требуете возмездия? А вы, леди Синтия Винтер, вы потеряли единственную дочь. Вы видели ее тело. Неужели после такого можно позволить маньяку править, прячась за своей беспомощностью? Я не буду называть те семьи, женщины и девушки в которых остались живы.
Тех, над кем надругались и лишили энергии, на самом деле больше. Люди Конрада установили не всех. Но вы-то в курсе, что за тайны скрывали годами, спрятавшись по домам. Есть еще несколько минут, чтобы остановить короля. Потом будет слишком поздно.
Мое физическое зрение ограничено. Я смотрела в одну точку. Туда, где находился ныне невидимый круг. Однако другим зрением я замечала реакцию каждого. Элиния, мать Лидии, запечатала девушке рот заклинанием.
На лбу Чандлера выступила испарина. Значит, он тоже лишился кого-то из близких. Графиня Винтер закрыла глаза, но распахнула рот в немом крике… Неужели я не дождусь ни одного признания, ни одного обвинения?
— Мой муж Родерик Конрад сейчас примет смерть из-за вашей трусости. Лучшего момента просто не будет…
Как неправильно. Тьма просачивалась сюда настолько быстро, что поглощала все, даже кислород. Моя энергия пока вырабатывала его в достаточном количестве, но мрак нарастал лавиной.
Трон подо мной стал нагреваться.
— Тьма не дает сказать барону Чандлеру, леди Бланш-Конрад, — громко и отрывисто заявила Ребекка. — И многим другим тоже. Оставшиеся в такой панике, что с трудом дышат.
Ровно так же она разговаривала в школе. Нужно нечто большее, чем выброс магии, который грозил Фересии катастрофой, чтобы заставить эту девочку задрожать.
Тут до нас донесся голос короля, и тьма, заключенная в троне, забилась от восторга.
