В чем же дело? Почему князь медлит? Зачем эта несусветная чушь про то, что двойка должна погибнуть… Пусть Стефана отдадут под суд и казнят, раз исходной тьме так нужна жертва. А та пакость, что я в нем тогда заметила, сдохнет вместе с ним.
Энергетический фон, который в этой местности так сложно поддается воздействию, натянулся, как ткань и вот-вот треснет. Нет, мне не казалось, угроза приближалась, и я не понимала ее источник. Откуда-то снизу? Горные породы почти не пропускали магию.
И тут Стефан резко развел руки, и Родерик начал падать.
Его будто переломило в талии, как зубочистку. Заметила кинжал в руках короля. Поединок же не стартовал.
Не сразу сообразила, что случилось. Муж ранен, но почему? Я наблюдала за тем, как он слабел от неизвестного проклятья, кромсавшего его потоки. Но вместо того, чтобы потянуться к темной силе, к своему колоссальному ресурсу, от которого даже магическим взглядом видна только толика, он предпочел сползать на дно круга.
Что он задумал? Тьма над троном снова изменила цвет.
Теперь в ее переплетениях господствовал мертвенно-серый. На моих глазах Стефан побеждал брата. Вспышки по всему периметру кругу свидетельствовали, что сражение теперь в разгаре. По Родерику и не скажешь.
Мне все равно, в чем заключался его план. Но он был прав — случиться подобному я не позволю. Я Светоч, дарующая, питающая, сохраняющая. Я носитель той силы, что поддерживает корешок, когда он впивается в утес, и растет выше. Я та, кто правит мягко, но остается в тени до тех пор, пока жизнь побеждает смерть.
Я Светоч и я восстаю. Эта тварь не назовет себя больше моим королем и не осквернит мою землю и тех, кого она породила… Я развернулась, подошла к трону, предназначенному для сильнейшего темного, и уселась на него.
Левая рука на подлокотнике, правая тоже. Я глотнула обжигающе ледяной воздух и зажмурилась, потому что света вдруг стало слишком много. Меня должно было сразу разорвать от боли, а затем развеять прахом… Но я горела изнутри, отпустив энергию в свободное падение.
Чем сильнее тьма, тем сильнее тот, кто встречает ее по другую сторону. Набрала в легкие побольше воздуха:
— Нет. Не сметь! Я отменяю поединок. Это больше не внутреннее дело Конрадов. Требую низложения короля и ограничения его родовой магии. Он убийца, насильник, самый настоящий урод. Хватит нам всем питать тьму.
Трон подо мной содрогнулся и мелко затрясся. Круг, в котором сошлись оба брата, намертво затянуло пепельным пологом.
