Разбушевавшаяся магия всех мастей замерла. Мне казалось, я слышала вкрадчивый шепот: «Поздно, Оливия, время вышло. Ты могла напитать другого Конрада. Он бы бросил весь мир нам под ноги. А сейчас, как ты меня остановишь?».
Я соскочила с трона за миг до того, как он взлетел в воздух, а потом рухнул с помоста вниз. На площадку арены, укутанную в густую мглу. Началось.
Выстою ли я против силы, которая легла в основу магического ядра моего мира? Если верить легендам, тогда тьма и свет сплелись вместе, образовали четыре стихии и затем закружились в общем танце.
— Тьма будет запечатана. Я один из наследников и я не принимаю свой темный дар, — вдруг воскликнул Дейв, на котором я все это время боялась сосредоточиться. — Пусть возвращается в глубину и оставит землю людям. Проклятые Конрады больше не повиснут на вас ярмом.
Его взгляд беспорядочно метался в разные стороны. Почти как в тот раз, когда он не справился с первым всплеском. Но Эдвард не отступил от единокровного брата. Стиснул его за плечи.
— Действительно, проклятье.
Один из двух всегда полоумный. Сейчас она взорвется. Ты разозлил ее еще больше. Держи удар. Помни, что не она владеет тобой. Ты ее страж, твое дело стоять, не подчиняясь ни ее мощи, ни посулам величия. Снизу повалил густой черный дым. Из центра арены забил огненный фонтан. — Вы все сильнее меня, бейтесь, — завопила Бекки. — Я держу людей.
Глава 116
Шуршание, шипение, шелест раздавались далеко внизу… Круг Конрадов первым принял удар на себя. Какая-то часть первобытной темной силы сосредоточилась на нем, но вот какая именно…
Родерика не так легко уничтожить.
Наемные убийцы, отравители, первые маги и целые вражеские армии — за несколько десятилетий не преуспел никто. Однако рядом с ним Стефан. Более опасного и непредсказуемого существа я не встречала.
Но даже о жизни любимого сейчас думать нельзя. Мой демарш и вызов, брошенный сыном, разделили озверевший темный поток на две части. На большее рассчитывать было глупо. Необходимо справиться с этой силой, вымотать ее и отправить обратно.
Здесь примерно полтысячи людей. Они должны выжить… Богиня, Родерик должен выжить. А дети? Силы во мне достаточно, чтобы превратить себя в живой щит.
Напомнила себе, что мы в замке высоко над уровнем моря, а не в какой-нибудь пещере. Стало темно, словно под землей. Вытянутые в высоту окна больше не пропускали лунный свет, а факелы разом погасли. Происходящее освещал только сноп огня, бивший с арены, однако и он подозрительно быстро иссяк.
