Наверное, это похоже на сильный удар по голове. Если я буду смотреть Дэйву в лицо, то потеряю сознание. Надо концентрироваться на чем-то одном.
Я протянула руку Ребекке, которая уже едва сидела. Теперь я хотя бы усиливала ее и продолжала пробиваться к Дэвиду.
Родерик — вот единственное спасение. Он самый сильный темный из ныне живущих. Да, Ангелина делала невозможное. Она расщепляла тьму внутри своего колпака. Не давала ей выйти наружу, но и не позволяла атаковать поверженного.
Однако муж, наверное, смог бы дотянуться до темного ростка в груди мальчика и напитать его собственной тьмой.
По-другому восстановить источник уже не получится. Как ни заливай его целительным даром Ребекки или, тем более, моей укрепляющей силой. Мне казалось, что я видела побег с острой верхушкой, сломанный у основания. Он отравлял Дэвида, не давал ему шанса... У всех, кроме темных, источники магии представляли собой яркий разноцветный шар. И ведь все это в области энергии — я скорее могла почувствовать, но не разглядеть,
Я продолжала мысленно звать князя.
Он так и не позволил соединить наши эмоции общим ментальным каналом, но такое мое потрясение не мог пропустить. К тому же на мне очередные сережки. Родерик больше не скрывал самого факта слежки.
Передо мной болтались туфельки Ангелины с крупными круглыми стразами на носках. Ступни находились на уровне глаз, потому что девочка сидела на кровати. Она молчала. Вытянутые вперед и выпрямленные руки были напряжены.
Княжна изредка и тяжело выдыхала.
Туфельки в этот момент резко дергались. На сколько ее еще хватит? Или Ребекка свалится первой… При этом наши усилия не помогали Дэвиду, а лишь замедляли его уход. Две-три минуты в запасе, или десять… Сколько еще ударов сердца, и я потеряю сына…
— Оливия, ваша магия… Она меня душит, — неверяще пролепетала Бекки. — Вам лучше отойти.
Я окончательно остолбенела. В комнате растворило все краски, кроме серого. От девочки остался один силуэт, от сына на полу — лишь слабое дыхание.
Его колени стали вздрагивать чаще и сильнее.
Посторонние голоса едва прорывались ко мне. Цепкие руки оторвали от обоих детей. Меня оттащили на стул.
— Прости, дорогая, — надо мной склонилась Летиция."
"Она сдавила несколько точек на шее, потом на запястьях, и я перестала отдавать магию. Зато сознание немного прояснилось.
— Мне кажется, ее надо срочно ввести в сон. Деревья в парке, гляньте, пожелтели. Посадки мисс Свон мертвы. Мне отсюда видно...
