Мир подумал: бывший военный, или сотрудник спецслужб, или…
Они как раз повернули, и закончить свою мысль Мирослав не успел: в свете прожекторов у боксов стоял знакомый крутобокий внедорожник, а вместе с ним ещё две машины, чёрных тонированных и молчаливо ждущих.
На них с опаской поглядывали работники автосервиса, сбившиеся в кучку. Каждый припас кто гаечный ключ, кто разводной, кто фомку. Рядом курил Гамлет. Никто не работал.
— А вот и Ева, — выдохнул Мир, когда из машины вышла женщина.
— Мне задержаться? — спросил водитель, как и Мир, на раз сообразив, что дело пахнет гуталином.
— Нет, езжайте, я разберусь.
— Нет, мы останемся, — возразила Кристина.
— Крис, — покачал он головой, — не выходи из машины. И уезжайте. Пожалуйста. Сейчас.
Он ждал ответа, сверля её глазами. Она покосилась в лобовое стекло.
— Ну и вкус у тебя, Сарматов, — усмехнулась она. — Поймал бы твою Еву голодный крокодил, подумал: «Не такой уж я и голодный». А потом пригляделся получше и решил: «Не такой уж я и крокодил».
— Крис, — не шевельнулся Мир. — Разве не ты мне только что сказала: мы не должны видеться. Мы зря встретились. Мы не можем быть вместе. Я ничего не пропустил?
Она улыбнулась.
— Ну да, ну да. Уел. Хорошо, мы уезжаем. Привет от меня Еве можешь не передавать.
— А ты от меня Ротману передай, — подмигнул Мир, вышел и хлопнул дверью.
Взял у Гамлета сигареты. Шепнул, прикуривая от протянутой Гамлетом зажигалки:
— Давно они тут?
— Второй час.
Мир кивнул.
— Расходитесь. Я разберусь.
— Если что, мы недалеко, — ответил Гамлет и свистнул своим.
Мирослав не спеша курил. И только когда убедился, что машина с Кристиной скрылась за поворотом, повернулся к Еве.
Глава 20
— Ну, как прошло? — с утра суетилась на кухне Вета.
— А как должно было? — сидя за столом, я прикрыла один глаз и потёрла виски.
— Нервно. Слёзно. На разрыв аорты.
— А, ты об этом. Ну, примерно, так и было.
— И как Миро̀?
— Принял смерть с достоинством. Как самурай, — покосилась я на кофе и порошок аспирина, что выдала мне от щедрот своих опытная медсестра Виолетта.
— У тебя какие новости?
— У меня? Никаких, — ответила она слишком поспешно, опустила глаза, заторопилась, засуетилась, куда-то пошла, вернулась, села, помешала в тарелке кашу.
— Ясно, — флегматично засыпала я в рот аспирин, запила его двумя глотками кофе и встала. — Гарик ничего не просил передать?
— Нет, — глотала она свою кашу, как солдат не жуя. — Я его вчера и не видела.
