— Звали?
— М-м-м, Кристина Валерьевна, — обернулся он от аквариума. — Наконец-то!
Аквариумами в кабинете было заставлено полстены, но он стоял у того, где в небольшом стеклянном кубе с подсветкой плавал единственный ярко-синий петушок и в данный момент, как бы это сказать помягче, в общем, трахал самочку. Чего-то там крутился вокруг неё, помахивая богатым хвостом, характерно сгибал упругое тельце и делал короткие подрагивающие движения.
— Наконец-то? — покосилась я на падающие на дно белые икринки, хотя, конечно, просилось спросить: «Соскучились?»
— Не поздновато вы являетесь на работу? — демонстративно посмотрел на часы директор.
В тёмно-синей рубашке, ярко-синем шёлковом галстуке с золотым зажимом, он и сам смахивал на нарядную бойцовую рыбку. Хотя ни эта пи…жонская дорогая прищепка, ни аналогия, ввиду происходящих в аквариуме событий, совсем мне не нравились.
— Я предупре… — начала было я.
Он насупил брови и перебил:
— Предупреждали? Главный бухгалтер сказала: вы отпросились на два часа.
Я судорожно втянула воздух, и теперь мои брови уползли вверх по лбу: отпросилась? Вообще-то и не должна была.
Но директор постучал пальцем по циферблату часов на руке:
— А прошло три. С половиной.
Хм… Главный бухгалтер соврала. Петушок поспешно собирал со дна аквариума икринки. Парализованная самочка медленно шла ко дну.
— Она что, умерла? — испугалась я за рыбку.
Степан Аркадьевич сообразил не сразу. Повернулся к аквариуму.
— А! Нет. Хотя смертельные случаи бывают. Особенно если петушок активный, опытный, а самочка молодая, — сдвинул он брови к переносице и смерил меня взглядом.
"
"Ну, не так уж я молода и неопытна, хотелось ему возразить. Мне двадцать восемь. И петушки у меня были. Разные. Особенно запомнился последний. Уплыл, правда, с изрядно ободранным гребешком, но хвост тоже пушить умел. Так что не надо меня запугивать. Я не из пугливых.
Невзрачная рыбка пролежала в анабиозе пару секунд, потом дёрнулась и снова поплыла вверх. Я с облегчением выдохнула. Смени телефон и заблокируй его везде на хрен, посоветовала я со знанием дела.
Но та, непослушная, глотнув воздуха, сама полезла к красавчику. Бывшие — боль, от которой никак не избавиться.
— Да вы не стесняйтесь, подходите ближе, — проследив за моим взглядом, подозвал Степан Аркадьевич.
Встал сзади. Положил руки мне на плечи. Наклонился.
Я затаила дыхание.
— Я слышал, вы претендуете на место заместителя главного бухгалтера, Кристина Валерьевна? — коснулось волос его дыхание.
Сорок четыре.
