Давай уважать чужой выбор, нравится он нам или нет.
— Да, сынок, да. Я, как никто, знаю этот выбор между больным парнем и здоровым. И знаю, каково ей сейчас. Но вдруг он очнулся и это всё изменило?
— Конечно, изменило, но, видимо, не в мою пользу. Всё, к чёрту, мам, — мотнул он головой, чувствуя, что галстук завязан слишком туго.
Да, всё меняется. Происходит не так, как мы планируем. Идёт, чёрт его знает, через что.
Но, как говорится, и родились мы без примерки, и сдохнем без репетиции. Мы не знаем, что будет.
Не знаем, что к лучшему, что к худшему.
Жизнь она такая. С другого аккаунта не зайдёшь.
Глава 35
Мирослав сходил на производство, поговорил с технологом, оценил масштабы потери.
Дал задание подумать, как можно использовать ситуацию, может, вытащить на свет что-то из других проектов, пока отложенных или, наоборот, не получивших одобрения. Поддержал. Успокоил."
"Вернулся в офис, достал из сейфа документы, что оставил отец, открыл, но голова упрямо не хотела работать.
Он добавил было громкость вяло бубнящего в кабинете телевизора — радио он теперь тоже слушать не мог, — и позвонил Гамлету.
— Давай я тебя заберу, — предложил новый хозяин автосервиса.
Спустя двадцать минут он уже подъехал к дому Миро. И пока тот переодевался и на ходу распихивал по карманам ключи, сигареты, деньги, документы, Гамлет курил и рассматривал огромного чёрного паука, сидящего по центру идеальной паутины.
Мир походя заметил, что мама уже куда-то уехала — её машины не было.
Наверное, поехала разводить подружек по домам.
— Ты занимайся своими делами, а я на крышу, — задрал Мир голову к вывеске автосервиса.
— Да, помогу, — ответил Гамлет. — Один чёрт света опять нет.
Картинки прошлого невольно замелькали перед глазами.
В тот день, когда она первый раз приехала, тоже вырубили свет.
… Ты не выглядишь как рядовой викинг. Ты выглядишь как вождь викингов…
Он помнил, как свет мигающей вывески причудливо подсвечивал её лицо. Как Мир задумался, какая она ему нравится больше и понял: любая.
Уставшая, весёлая, игривая, сонная.
Как она неустойчиво встала, пошатнулась, а потом его обняла.
Как не хотелось с ней расставаться тогда. Как невыносимо было без неё сейчас.
Если бы это было не её решение, если бы не обстоятельства, против которых Мир был бессилен, где сражаться было не с кем — с несчастным случаем, с болезнью, с преданностью женщины, давшей обещание и выполнившей его. Его бы ничто не остановило.
