– После твоего поединка в Винчестере с Эдом, я сказал сам себе, что лучше не связываться с таким кровожадным воякой. Ты его специально спровоцировал?
– Да, – ответил я. – Но заранее не планировал. Получилось само собой. Понял, что он не знатен, силен и глуп, и решил отбить у умных и знатных охоту нападать на меня.
– Ты добился своего. После этого поединка король Стефан передумал идти на подмогу Шерборну, – рассказал граф Лестерский.
– И правильно сделал. Мы готовили ему встречу, – сообщил я.
– Мог бы получиться второй Линкольн.
– Но не получился… – многозначительно сказал Роберт де Бомон.
– Потому что тогда второй Линкольн был ни к чему. Менять Стефана на Мод нет смысла. Им обоим английский трон великоват, – высказал я крамольную мысль. – А что из себя представляет Евстахий, старший сын Стефана?
– Хороший рыцарь, но не более того, – ответил граф Роберт. – Он уже умудрился настроить против себя Церковь, заявив, что она должна помогать деньгами и рыцарями в войне с императрицей.
На счет рыцарей они бы еще согласились, а вот с деньгами вряд ли расстанутся.
– Сын императрицы Генрих не лучший из рыцарей и полководцев, но более осмотрителен и, что главное, управляем. У него есть еще одно положительное качество – слишком непоседлив, чтобы заниматься повседневными делами, поэтому умеет выбирать способных и умных помощников, которые делают все за него, – рассказал в свою очередь я.
– Он предлагал тебе должность при дворе? – поинтересовался граф Лестерский.
– Да, но я к тому времени уже принял предложение короля Португалии, – ответил ему.
Роберт де Бомон, граф Лестерский, понял, к чему я завел этот разговор, и, надеюсь, сделал правильные выводы. Судя по тому, как он играл в шахматы, граф Роберт умеет проигрывать и контролировать свои эмоции, быстро учится, хорошо просчитывает противника, методично добивается своего.
В двадцать первом веке он был бы генеральным директором крупной компании типа «Бритиш петролеум». В двенадцатом может стать заместителем номинального генерального директора королевства Англия Генриха Плантагенета.
12
Вернувшись в Честер, я рассказал Ранульфу де Жернону о согласии Роберта де Бомона на переговоры. В Лестер тут же были отправлены доверенные лица графа Честерского. Надеюсь, у графов хватит ума договориться.
