Ее хоть вынести можно? Или мне слезами тут обливаться, а потом спать, свернувшись клубочком в пыльном уголке? – он состроил жалобную мордашку, выпятив нижнюю губу и сложив бровки домиком.
– Ну, трагедию можно и с собой! – Этьен чуть улыбнулся: “несчастный” вид Ксавье в эту минуту никого бы не оставил равнодушным. – Сейчас принесу.
Библиотекарь встал из-за стола и направился к арке, ведущей в соседний зал.
В ожидании монаха Ксавье задумчиво прошелся вдоль стеллажей, темными громадами уходящих куда-то в небытие невидимого потолка в полумраке библиотеки.
Он взял наугад книжку, раскрыл, полистал – конечно, он не ожидал, что тут вот так на виду будет разложено что-нибудь крамольное. Приезд инквизиции ожидали и конечно же подготовились. Философские и богословские трактаты, жития святых... ничего такого, что могло бы заинтересовать алчущих ереси. В соседнем зале, судя по звукам, двигали лестницу... а потом, судя по грохоту и не самому цензурному воплю, лестница таки упала. Взъерошенный библиотекарь появился на пороге, одной рукой прижимая к себе солидных размеров том, а другой – потирая ушибленное бедро.
– Кажется, кто-то тут жаждал трагедии?
– О, только почитать, но никак не наблюдать, – Ксавье вернул пролистанный томик на место. – Не стоило так утруждаться, какая разница, над чем я буду засыпать... книга все равно не заменит тепло человека. Надеюсь, там от стеллажа с трагедиями что-нибудь осталось? Но раз уж все равно героически добыли для меня, давайте сюда, – он протянул руку за книгой, – И можно мне узнать, как зовут моего благодетеля? – он улыбнулся.
– Этьен, – библиотекарь протянул книгу и пригладил растрепавшиеся волосы.
– Этьен? Откуда здесь, в Валассии, французское имя? – он пристально вгляделся в молодого монаха.
– Я родился не в Валассии, – молодой человек, чуть прихрамывая, дошел до скамьи и плюхнулся на нее со вздохом облегчения. – Синячище знатный будет... не стоило все же причащаться в таком количестве. А сюда, в монастырь, меня один паломник привез, когда я еще мелкий был.
– Мелкий, говоришь... Ты ведь тоже француз. И вот так случайно здесь, в этом месте, где закрутились такие игры? – Ксавье как-то загадочно улыбнулся, – Тонкий танец игр на чужбине, ммм? – рыжая бровь взлетела вверх, лукавый блеск глаз сменился на металлический.
– А если я скажу, что случайно, вы мне поверите? – подмигнул Этьен. Мысль насчет тонкого танца игр ему понравилась, хотя он и не очень понял, что именно имел в виду Ксавье.