"
"В прошлой жизни я определенно была австралийской мышью Рокфором.
* * *Вывеска «Байрон гамбургерз». Воображение услужливо подсовывает картинку: юный Вертер мечется на пороге, терзаясь дилеммой, есть или не есть?!
* * *– Кэтрин. Кэтрин! Посмотри на меня!
Девочка сидит, прислонившись лбом к стеклу. За окном кофейни – волнующая жизнь: два молодых грузчика, подтрунивая друг над другом, перетаскивают коробки. Папа ревнует, папа ненавидит всех молодых веселых грузчиков мира. Папина бы воля – их бы посадили на лондонское колесо обозрения и не давали спуститься на землю.
Дочери всего пять лет, но папа переживает, волнуется, настойчиво зовет: Кэтрин, посмотри на меня!
Она делает вид, что не слышит.
* * *Наблюдаем за тем, как худенькая высокая девушка занудно поправляет рукава.
– Зачем она не оставит их в покое? – недоумевает знакомая.
– Высокие девушки редко задирают рукава, зато постоянно натягивают их чуть ли не на пальцы. Если высокая девушка закатала рукава, значит, они ей просто коротки, – объясняю я.
– А нельзя купить такую одежду, чтоб рукава были впору?
Вздыхаю. Попробуй объяснить человеку не-дяде-Степе, каково жить в мире, где высоким ростом считается 174 см. Тем, кто выше, приходится мириться с хронически короткими рукавами и брюками. Всю жизнь тут распарываешь, а там закатываешь, чтоб не выглядеть форменной Шапокляк.
* * *Удивительно и радостно ходить по большому и разнообразному городу и внезапно, свернув в какой-нибудь «Косой переулок», обнаружить крохотные, прижавшиеся друг к другу домики с несоразмерно большими воротами.
– Это мьюзхаусы, – объясняет подруга Кристина. – Раньше на первом этаже располагались конюшни и каретный сарай, на втором проживали конюхи и кучера. Сейчас в этих домах живут обычные лондонцы. Сносить высоченные ворота они не имеют права, иначе испортится исторический облик построек.
Заметили на стене одного такого домика трогательную табличку «Frank amp;Pat live here». Стоим, умиляемся.
Из-за угла показывается пожилая женщина, катит продуктовую сумку на колесиках.
– Пэт – это я! – приветливо машет она нам. – Пэт – это я!
К дому, где живет любовь, можно прислониться щекой – и погреться.
* * *Одинокая скамейка в парке. К подлокотнику привязан букетик лаванды. Рядом лежит подмокшая от дождя открытка. «В память о том, кто любил смеяться».
* * *На целую вечность замираем перед витриной с забытыми вещами, у которых так и не нашлись хозяева. Виниловые пластинки, книжки, котелок, баночка джема, фотокамера.
