– Ты, я и дети.
– Но второй малыш не твой, – напоминаю, хотя сердце ёкает.
– Я сделаю всё от меня зависящее, чтобы он и ты считали иначе, – твёрдо обещает Марк.
К глазам снова подступают слёзы. Из-за гормонального всплеска беременные очень чувствительны. Слова мужчины действительно трогают душу, и так хочется поверить, но я отвечаю:
– Мне нужно подумать.
– Ты ничего не теряешь, – быстро добавляет Власов. – Если не захочешь, мы пока можем не регистрировать брак.
– Предлагаешь взять тебя папой на испытательный срок? – смеюсь сквозь слёзы, которые всё-таки покатились по щекам.
– Мысль здравая, ведь ты не знаешь моего сына! Завоевать его доверие ещё сложнее, чем моё.
– Если бы я боялся трудностей, не стал бы врачом.
Вытираю слёзы и поднимаюсь.
– Пошутили, и хватит. Тебе пора.
– Соня…
– Спасибо за омлет.
Провожаю его до двери, и тут он резко разворачивается, явно собираясь что-то добавить, а я не успеваю остановиться и врезаюсь в него. Власов машинально подхватывает меня, и в полутьме коридора я вижу, как блестят его глаза и приоткрываются губы.
От Власова умопомрачительно пахнет, и по венам прокатывается обжигающая лава. Кажется, что если я сейчас не поцелую Марка, то умру.
Проклятая чувствительность!
Глава 21
Третий день тренинга начинается весело – мои девочки, тайно сговорившись, приносят воздушные шары, внутри каждого из которых видны листы бумаги, и дарят тем, с кем вчера работали в парах. Заинтригованные врачи, чтобы прочитать записки, колют ручками шарики, вокруг раздаются вскрики, смех, новые хлопки.
Каждая постаралась написать для вчерашнего партнёра что-то приятное. И я решаю продолжить их инициативу.
– Это было на одном из моих прошлых тренингов, – объясняю докторам. – Практика называется «Сокровище». Возьмите по листку и напишите что-то хорошее, вдохновляющее и обязательно связанное у вас с человеком, которому вы подарите шарик. Дарить можно сколько угодно и кому угодно. Итак, поехали!
Мне тоже дарят шарики, и так приятно читать благодарности.
Мы с этими людьми всего лишь третий день знакомы, но мне говорят спасибо и спрашивают, как записаться на тренинги. В очередном шарике я нахожу листочек со знакомым почерком и мрачнею.
«Ты лучшая женщина на свете, – написал Женя. – Я хочу быть хорошим отцом нашему ребёнку».
Поднимаю голову и оглядываюсь в поисках Филатова. Он стоит у палатки и помогает надувать шарики. Заметив, что я смотрю, передаёт коробку Любе и идёт ко мне с довольным видом.
