Хочешь уничтожить? Валяй! Но не лезь ко мне больше. Ни по своей воле, ни по просьбе своей жены. Мне ваша доброта уже поперёк горла, ясно?
— Более чем, — сухо кивнул отец и, развернувшись на каблуках, вышел из моего офиса.
— Может, зря? — робко уточнила Алла. — Он мог бы помочь.
— Справимся сами, — осадил я. — У меня в штате три с половиной светлых головы. Хоть какая-то из идей должна сработать?
— Почему три с половиной? — обиженно уточнила моя бывшая и провела по своим волосам, собранным в строгий пучок.
— Это камень в мой огород?
— Я о себе, — горько усмехнулся я, буравя дверь ненавидящим взглядом. — Я болен любовью, но это пройдёт.
Весть о том, что отец с молодой женой провели повторную свадебную церемонию на Бали, обездвижила меня на сутки. Я пил и смотрел в потолок, разнёс мебель в своей спальне. Как же больно умирало моё чувство, как же тоскливо было на сердце, как же не хотелось отпускать. Всё понимал, но чувства не поддавались велениям разума.
Я всё ещё страстно желал Милену. Каждый день просматривал её страничку, чтобы добить себя счастливыми селфи, но это лишь травило меня, а чувство никуда не исчезало. Я научился ненавидеть свою мачеху, но любить её не переставал.
Глава 49. Милена
— Здравствуйте, профессор! — весело поприветствовала я Сергея Михайловича.
— Милена Солнцева, — сразу узнал меня преподаватель и протянул руку: — Рад. Очень рад, что вы не передумали.
— Я должна была передумать? — удивилась я.
— Нечасто к нам переводятся студенты из Англии, — уклончиво ответил он и тут же сменил тему: — Как Роман? Точнее, как его дипломный проект?
— Проект отлично, — дипломатично ответила я, не собираясь выносить сор из избы.
Зачем бывшему куратору Ромы знать, что он бросил своё детище на меня и открыл новую фирму. Но я и не приврала — проект движется успешнее, чем предполагал Баграт. Муж говорит, что это заслуга моих идей, но я возражаю, что это лишь потому, что у его сына появилась отличная идея.
Лекция Сергея Михайловича стояла первой по расписанию, и я прослушала её с большим удовольствием. Практик до мозга костей, профессор умудрялся так сочно давать теорию, что хотелось записывать каждое слово. Хорошо, что Рома посоветовал мне именно этого преподавателя.
Как вспомнила о пасынке, так сразу стало грустно.
