Она тогда водила меня посмотреть новую квартиру. Какая роскошь: сверкающие полы, ванна, в которой можно купаться с пеной, резная мебель в гостиной и спальне, холодильник и даже телефон. Я записала номер и очень разволновалась. Мы родились и выросли в крошечных квартирках, и мечтать не смея о собственной комнате или хотя бы своем столе для занятий. Я до сих пор так и жила, а она – уже почти нет. Мы вышли на балкон, с которого открывался вид на железную дорогу и Везувий, и я осторожно спросила:
– Вы со Стефано ходите сюда вдвоем?
– Иногда.
– Между вами что-нибудь было?
Она посмотрела на меня непонимающим взглядом:
– В смысле?
Я смутилась:
– Вы целуетесь?
– Иногда.
– А дальше?
– Дальше ничего: мы еще не женаты.
Мне показалось, что мои вопросы поразили ее настолько же, насколько меня поразили ее ответы. Она ничего такого не позволяла Стефано, несмотря на то что они вдвоем катались на машине, вот-вот собирались пожениться и у них была своя квартира с мебелью и кровать с еще не распакованными матрасами.
А я, вовсе не собираясь замуж, давно перешла стадию поцелуев. Она с большой заинтересованностью спросила, позволяю ли я Антонио то, о чем он меня просит, и я постыдилась сказать правду. Ответила, что нет, и она, как мне показалось, осталась довольна.
52"
"Я временно перестала встречаться с Антонио на прудах, в том числе из-за начавшихся занятий. Я предполагала, что Лила, зная, как много сил отнимают школа и уроки, не станет вовлекать меня в предсвадебные хлопоты, – она уже привыкла, что на время учебного года я имею обыкновение исчезать с ее горизонта.
Но вышло по-другому. За лето напряжение в ее отношениях с Пинуччей только усилилось. И дело было уже не в платьях, шляпках, шарфиках и украшениях. Однажды Пинучча в присутствии Лилы заявила брату, что его невеста должна работать в лавке, если не сейчас, то уж после свадебного путешествия точно, – у них в семье все работают, даже Альфонсо в каникулы.
В противном случае она тоже отказывается работать. Мать горячо ее поддержала.
Лила и глазом не моргнув сказала, что готова начать работать хоть завтра и делать то, о чем ее попросят. Она пыталась сгладить ситуацию, но в ее ответе было столько искренности и в то же время пренебрежения, что Пинучча только сильнее разозлилась.
