Маруся сказала, что в парке ей не понравилось...
Господи! Да что ж она делает?!
Я ловлю на себе полный безумного блеска взгляд Максима, от чего у меня аж испарина выступает на теле, когда на мгновение представляю, что творится сейчас у него в голове.
- Да, такую, как Майя, нельзя оставлять без присмотра, а то украдут, - Максим вроде пытается шутить, но его челюсти настолько сжаты, что его шутка больше похожа на угрозу.
- И не говорите, - словно ничего не замечая, добродушно улыбается Ирина Витальевна.
- Прекрати молоть чушь, - порывисто приближаюсь к Максу и шепчу эти слова так тихо, чтобы не слышала женщина.
- Ох, Майя. А что же мы до сих пор гостя на пороге держим? Проходите, Максим. Мы вас чаем напоим! - Ирина Витальевна распахивает широко дверь.
У меня сердце замедляет бег в груди.
- Нет! - хватаю Максима за руку.
- Спасибо, - одновременно со мной произносит он и дергает руку на себя. - Я как раз не против.
Так продрог, пока добирался до вас.
Макс смотрит на меня с вызовом, а Ирина Витальевна, уже отвернувшись, направляется в сторону кухни, она как раз там экспериментирует над очередным кулинарным шедевром. Сегодня это сахарные кексы с кленовым сиропом, которые как раз пора уже вытаскивать из духовки.
- Ох, и заболталась я с вами. Чуть-чуть не проглядела! - доносится до нас восклицание женщины.
А я вдруг в несколько шагов опережаю Максима и - не знаю, откуда у меня берется столько сил - хватаю его за ткань рубашки на груди, сжимаю пальцами ее в кулак и со всей силы толкаю к стене.
Он шокированно, но в то же время с любопытством смотрит на меня, а я встаю на носочки, чтобы быть к нему ближе, шиплю в лицо:
- Ты что, мать твою, делаешь?! Если Яр узнает...
Я не успеваю закончить, как тут же Максим меняет нас местами, и теперь я оказываюсь плотно прижатой к стене. И теперь он нависает надо мной и злобно рычит в губы:
- Не смей мне мешать! Иначе пожалеешь, - его горячее дыхание касается моих губ, и я зажмуриваю глаза.
Боюсь, что поцелует, и это может увидеть Ирина Витальевна, но Макс себе не изменяет. - Ты, наверное, забыла, сладкая, но я не падок на пользованный товар.
- Ну, где же вы, детки, застряли? - доносится до нас голос женщины, и я распахиваю глаза, но передо мной никого нет. Зато на ресницах застывают слезинки.
