Но маркизу хватило этого мгновения, чтобы заметить. Он прищурился, окинул гостью намеренно медленным взглядом и откинулся на спинку кресла.
– Буду откровенен с вами, леди, – начал Уинхилд равнодушным голосом. – Я очень не люблю, когда меня принуждают, а этот брак меня не привлекает ни с какой стороны. Поэтому, сразу, чтобы у вас не осталось иллюзий, – он посмотрел в глаза Дорине. – Я сделаю всё, чтобы он не состоялся… – тут Уинхилд запнулся, горло сдавил спазм, а по спине прошла холодная дрожь – вступила в действие магия родового артефакта.
Маркиз откашлялся и продолжил. – Хотя предложение вам я вынужден сделать. Вы выйдете за меня?
Рассветный внутри ощетинился, от него пришла горячая волна раздражения, но – выхода у них пока не было. Дорина, словно и не услышав обидных слов, захлопала ресницами, довольно улыбнулась и ответила, как ни в чём не бывало:
– Конечно, милорд.
Уин соединил кончики пальцев и склонил голову к плечу, в нём проснулся чисто исследовательский интерес – что это за фифа выросла у графа, и действительно ли умело притворяется пустышкой.
Или в самом деле леди только и умеет, что улыбаться и строить глазки.
– Леди, а вы понимаете, что в том невероятном случае, если мы всё же дойдём до Храма Литанис, после церемонии я забуду о вашем существовании в моей жизни? – Уинхилд решил действовать напрямую, без всяких словесных кружев."
"Улыбка графини чуть увяла.
– Я вам совсем не нравлюсь? – растерянно спросила она, накрутив на палец золотистый локон. – Мама с папой говорили, я красивая…
Маркиз де Модано чуть озадаченно не крякнул.
Похоже, леди не играла. «Рас? – обратился он к дракону. – Как думаешь, притворяется, или?..» Зверь помолчал, видимо, изучая гостью, потом с лёгким удивлением отозвался. «Знаешь, похоже, не играет…» Уинхилд чуть не почесал в затылке. Он-то приготовился встретить опытную охотницу за богатым женихом, как большинство молодых барышень в возрасте на выданье, которая умело разыгрывает скромность и наивность. А тут, похоже, в голове графини де Гедбер ни одной весомой мысли не задерживалось.
И озвучивать ей какие-то там условия бесполезно. Скорее всего, она послушно будет их соблюдать.
– Вы красивая, леди, но не в моём вкусе, – честно ответил Уинхилд, продолжая внимательно наблюдать за Дориной.
На кукольном личике отразилось удивление пополам с досадой, она поджала розовые губки.
– Вы грубиян, – гостья смерила его высокомерным взглядом. – И невоспитанный к тому же.