Ни одной. – Признаюсь я, когда она немного успокаивается. – Я любил тебя. Я думал, что потерял тебя. Я оплакивал тебя каждый день. Я скучал. Я и сейчас люблю.
Почему-то всю жизнь мне казалось, что это самые сложные слова, но произносить их оказалось необычайно легко.
- Твоя любовь хуже смерти! – Качает головой Полина и поднимает нож выше.
Её плечи содрогаются от подступающих рыданий.
- Я расправился со всеми, кто участвовал в этом. Я убил каждого. Собственными руками. – Мой взгляд скользит по её лицу.
– Мои руки в крови, но не в твоей и Вика. Я отомстил за вас. Если не веришь, спроси у Александра Фёдоровича. Он всё знал, он был там, он помогал мне!
Её рука дёргается, и я закрываю глаза.
Нож опускается резко, но входит в моё тело мягко – так, что я ничего не чувствую. Раз, и всё. По самую рукоять.
Я больше не чувствую тяжесть её тела, Полина спрыгивает и отходит. Мне не хватает воздуха, я распахиваю глаза и вижу, что нож не во мне - она всадила его в диван. Мне никак не удаётся отдышаться, и я хрипло говорю:
- Я спустился.
Я видел, как горела машина в темноте. Огонь сожрал всё, я думал, что потерял тебя.
Я несу какой-то бред. Всё говорю что-то, а она просто забирает ребёнка из люльки и бредёт к двери."
"- Я люблю тебя, люблю нашего сына! Не уходи снова, не уходи!
Но Полина решительным шагом уже меряет двор.
Я иду следом и показываю охране жестом, чтобы не трогали её, чтобы дали уйти.
Единственный человек, которого я любил, покидает территорию усадьбы, даже не обернувшись.
Она уходит, держа на руках моего сына. Уходит, забирая с собой моё сердце.
46
Полина
Я иду, ускоряя шаг. Ярослав открывает глаза и внимательно смотрит на меня. Мне нечего ему сказать, я и сама не знаю, что делаю, и куда иду. Я не была готова к такому развитию событий.
Где-то в вышине ухает птица. Ветер шумит в верхушках сосен, а я иду, выдыхая боль и вдыхая смолистый запах хвои.
Какого черта? Ну, зачем он всё это сказал? Почему я поверила?
У меня ни сумки, ни одежды.
Всё осталось там.
Я – никто, и меня не существует. Ни денег, ни работы, ни документов. Я уношу сына из дома Загорского и ухожу в никуда. Я бреду, точно в тумане по узкой дороге, бреду, чтобы узнать ответы на все вопросы, которые мучили меня все эти месяцы.
- Слава богу! – Выбегает мне навстречу из машины Александр Фёдорович. – Я чуть с ума не сошёл, пока тебя ждал!
Я останавливаюсь и внимательно смотрю на него.
