Все совершенно не так! А правда в том… — вот же дьявол, он что, плачет? — в том, что это я… я был недостаточно хорош! Для тебя, для твоей матери! Я в это свято верил, как и ты сейчас… Да только это все дерьмо. Дерьмо собачье…
— Пап, — сглотнул Марик, сползая с кушетки.
— Что?
— Ты не дерьмо…
— Хочется верить. — Связерский отвернулся. Стряхнул с глаз предательскую влагу, опасаясь, что еще немного, и он развалится на части прямо здесь, в присутствии сына.
Где-то вдалеке прогудела серена — новый период начался.
Марк прохромал к отцу и похлопал его по плечу. Рита, стоящая в коридоре, сползла по стенке и спрятала лицо в согнутых коленях. Она могла только представить, какой Армагеддон происходил сейчас внутри у Связерских. Отца и сына. И если он хоть на сотую долю походил на тот, что скручивал ее внутренности прямо сейчас — им было очень и очень плохо. Эта стихия была безжалостной. Она рушила все на своем пути, сметала все блоки и все барьеры. Она обнажала душу, сдирала струпья с ран и выпускала боль наружу.
— Знаешь, что самое сложное, когда уже вышел за рамки собственных комплексов?
— Нет.
— Понять, кто ты.
— А что здесь понимать? — пожал плечами Марик, — Ты мой папа.
Связерский медленно обернулся. Его глаза все еще влажно поблескивали. Секунду он растерянно смотрел на сына, а потом в уголках его сурово сжатых губ стала зарождаться улыбка. Она наползала и ширилась, обнажая крепкие белоснежные зубы и что-то большее. Возможно, какую-то потаенную часть его заблудшей души.
Он отвел взгляд. Вернул на голову бейсболку и медленно-медленно кивнул:
— Да, я твой папа. И знаешь, что?
— Что?
— Это лучшее, что со мною случалось.
В пиццерии, куда ребята из их команды поехали отмечать заслуженную победу, было не протолкнуться. Мальчишки, возбужденные победой и присутствием на своей сходке великого спортсмена, были уж слишком взбудоражены. Впрочем, как и их родители. Рита ковыряла приборами свой кусочек, то и дело переглядываясь то с Богданом, который вступил с другими родителями в жаркий спор относительно преимуществ ловли раков на живца, то на сына, бросающего заинтересованные взгляды на симпатичную девочку за соседним столом.
— Ну, че залип? Слабо пойти познакомиться? — подтрунивал над Мариком один из дружков.
— Вот еще. А вдруг окажется, что она ТП?
— Нашел проблему, — заржал мальчишка, — отпишешься от нее в Инсте — и все дела.
Рита моргнула. Какая-то важная мысль пронеслась в её голове.
