— Здравствуйте, Нина Ивановна, это Михаил. Скажите, а Лера дома?
— Нет, Леры пока нет, но она любит зайти в магазин или погулять, а что? — Ее голос кажется спокойным.
— А вы давно с ней говорили?
— Утром, за завтраком. Миша, что случилось?
— Нет, ничего, не волнуйтесь. Я забыл кое-что узнать у нее, а она не отвечает. — Я не хочу раньше времени волновать ее, поэтому, что пока ничего не понятно. — Ладно, если появится, пусть перезвонит, не могу дозвониться до нее.
Не звоню никому больше и еду прямиком в больницу.
Я не включаю радио, чтобы не слушать и не нагнетать ненужное сейчас волнение. Не может такого быть, чтобы в мой день рождения такое произошло. Бред какой-то. Девушка беременна… Лера не может быть беременна. Она сама говорила. И, когда плакала, точно не врала. Поэтому вероятность того, что в больнице сейчас она, один процент. Даже меньше процента.
Паркуюсь на стоянке и иду в здание. Двери уже закрыты, поэтому я направляюсь в приемный покой и рассказываю, зачем приехал. Пока они узнают и уточняют, я надеваю бахилы, накидку, шапочку.
Это все мне уже не нравится. Слишком все по-настоящему. Я иду в по ярко-освещенному прохладному коридору за медсестрой, вдыхая запах после кварцевания. Голубые стены, как облака.
Если до этого все казалось мне идиотским недоразумением, то чем ближе я приближался к отделению, тем все казалось реальней. Она ведь говорила, что шанс есть забеременеть. Миллионный. Но он есть. А если это он? Выигрывает же кто-то в лотерею. Угадывают же выигрышную комбинацию из восьми чисел?
Тело пробивает дрожь.
"
"Помню это состояние. Но не хочу снова испытать. Видеть близкого человека и не в силах ничем помочь. Пусть мы не вместе, но вычеркнуть ее из своей жизни я уже не могу. Она там была и в свое время изменила судьбу.
Заходить внутрь мне нельзя, но можно посмотреть через идеально чистую стеклянную дверь. Уровень стерильности зашкаливает и я тут явно лишнее звено, но… это же не морг. Кто бы там не лежал, он жив. Иначе меня бы тут не было.
Я цепляюсь за эту мысль, успокаивая себя.
Смотрю сквозь стекло, натыкаясь сначала на свое отражение, а потом уже взгляд проникает вглубь. Изображение плывет.
Бледная, как неживая. Как будто со всех капилляров разом спустили кровь. Она с кучей трубочек и подключенная к каким-то аппаратам, отсчитывающим равномерные стуки. Как приговор или обратный отсчет.
Еще утром улыбалась мне и поздравляла с днем рождения. Я же даже подарок ее не посмотрел. Идиот.
