Все вроде бы нормально, но механически. А главное, с ней не захочется продолжения. Я знаю, как должно быть и как может быть. Орлова вызывала разные эмоции, но вызывала. Вероника же вызывала только желание закончить это. Поэтому дальше поцелуя не смог зайти. Хотя и об этом уже жалел, нам же работать как-то после этого. Может, с кем-то я еще это и испытаю после Леры, но, как оказалось сегодня, точно не с Вероникой.
Торможу на красном и наблюдаю, как люди переходят дорогу. Как идут, взявшись за руку, и с собакой на поводке.
Такие ведь должны быть отношения?! Это любовь. Когда ухаживают друг за другом, заботятся, делают приятное, просто гуляют и наслаждаются этим. Тогда в аэропорту я признавался ей в любви, пытаясь остановить. Но так ли это было на самом деле… Страсть, обоюдное желание, гормоны, да что угодно, но не любовь. Иначе я бы сейчас ехал к ней просить прощение.
— Пять минут о том, что сейчас на дорогах. Стоит сейчас Новый Арбат — Кутузовский проспект. На Можайском шоссе дорога перекрыта из-за аварии, водитель маршрутного такси плохо себя почувствовал и не справился с управлением.
Два человека погибли, три сейчас…
Я переключаю радиостанцию. Мне очень жаль этих людей, но я не хочу слушать про смерть в свой день рождения. Сейчас бы собрать друзей и отпраздновать. Но день такой тяжелый, что я просто хочу приехать домой, сходить в душ и лечь спать.
Спустя полчаса разуваюсь и, закатав рукава, мою руки.
Я уже столько получил сегодня поздравлений, поэтому снова играющий телефон вызывает скорее желание сделать вид, что я не слышал, а потом вообще выключить звук.
"
"Но на экране загорается “Лера Рабочий”. Я улыбаюсь сам себе. Хорошо хоть она одумалась и решила перезвонить. Уладить бы все с ней и Алисой и тогда было бы отличное завершение дня.
— Да, — оттягиваю удавку на шее и снимаю через голову галстук, отвечая ей.
— Здравствуйте, это Михаил? — Незнакомый голос в трубке сразу настораживает.
— Да.
— Это отделение реанимации. — Пальцы замирают на верхней пуговице. — К нам поступила девушка и почему-то в ее телефоне записан только ваш номер, а документов никаких при себе нет.
Вы знаете, кому принадлежит этот аппарат?
— Да, конечно. Что с ней?
— А вы кем ей приходитесь?
— Муж, — вру не задумываясь, потому что иначе мне ничего не расскажут. — Так что с ней?
— Она сейчас в отделении реанимации, она на операции. Врачи делают все возможное, чтобы спасти ее и ребенка. Травма серьезная, но опасности для ее жизни нет, с ребенком все сложнее.
