Вот спрашивается, и кто теперь будет есть эти чертовы оладьи, если мне кусок в горло не лезет?
И все же я их допекаю, получается очень приличная горка.
От скуки и отсутствия аппетита я даже делаю то, что всегда считала жуткой ерундой. Развлекаюсь сервировкой. Нарезаю ягоды, готовлю два соуса по вычитанным в интернете рецептам.
Все это — под дивный аккомпанемент автоматических прозвонов Владу.
В какой-то момент у него разряжается телефон и в моей голове становится еще теснее от тревожных мыслей.
Что-то случилось. Что-то точно случилось. Он бы хотя бы ответил. Сбросил сообщение. Еще что-то…
Я настолько напряжена, настолько готова сойти с ума, что проворачивающийся в замке ключ слышу за несколько весьма приличных комнат. Чудом удерживаюсь от того, чтобы не вылететь из кухни со скалкой наперевес — очень хочется, на самом деле, выскакиваю в прихожую Ветрова, и так и замираю в дверях.
Это не Влад. В нашей прихожей, отряхивая капли дождя с идеально отутюженных брючин, стоит брат моего мужа.
А справа от него — уже сверлит меня тяжелым взглядом Карим Давидович, в своей неизменной коляске.
Запирает Ярослав дверь ключами Влада.
Точно что-то случилось. Это даже спрашивать не надо, это очевидно.
Мое сердце проваливается куда-то в район первого этажа.
Я перевожу взгляд с одного мужчины на другого и по одним только их мрачным лицам понимаю, что сильно не дотянула в своих предположениях до реальности.
— Скажите мне, что он хотя бы жив! — свой резко севший, умоляющий голос я слышу как будто со стороны.
— Жив, — ответ получаю в таком тоне, будто Ярослав испытывает смутную досаду от этого факта и сам бы с удовольствием укоротил срок жизни брата, — но в больнице. Под капельницей.
Мои пальцы цепляются за косяк, и сама я пошатываюсь, потому что воображение рисует передо мной самые кровавые картины. Что случилось? Авария? Покушение? И то и другое?
— У нас мало времени, — сварливо каркает Карим Давидович, — нам нужно понимать, что твой братец от нас скрывает, Яр.
Какую именно мерзость! Только исходя из этого будем принимать дальнейшие решения.
— Да, — Ярослав коротко кивает и шагает ко мне, явно желая пройти мимо меня, но тут наши интересы неожиданно пересекаются.
За моей спиной, в конце концов, рабочий кабинет моего супруга. С документами, секретами и всем прочим, чего не должны касаться чужие руки и чужие глаза.
Инстинкты верной секретарши не пропьешь и не проспишь.
