У меня опять отсох язык, и дико закружилась голова. Он не мог говорить всё это всерьёз! Но, когда он снова взглянул на меня, совсем немного склонив голову, и с тем самым штырнув по самое не могу враз отрезвляющим взглядом, я поняла, насколько он не шутил. Пусть даже при этом уголки его красивого рта и углубились заметно в ленивой ухмылке, а чёрные брови приподнялись в вопросительной мимике.
— Вам что… было мало?..
По моему затылку и шейным позвонкам прошёлся колкий озноб очередного вымораживающего шока. Удивительно, как я ещё не стала задыхаться после услышанного и увиденного.
— С каких пор такими вещами можно наесться досыта и надолго, Энн? Или для того, чтобы дышать, тебе хватает только пары вздохов в день? К тому же, считай… я лишь успел тебя слегка попробовать. Всего-то распалив аппетит…
Не говоря уже о том факте, что всё это он мне высказывал, подсаживаясь ещё ближе и сокращая последние между нами грани мнимого расстояния. Ведь за всё это время, он так и не убрал ладони с моего затылка, а теперь… Теперь касался пальцами другой руки моих скул и щёк, разглядывая буквально в упор моё перепуганное лицо поплывшим взглядом обдолбанного маньяка.
"
"— И я, наверное, уже больше часа жду, когда же ты наконец-то проснёшься, чтобы снять свою утреннюю эрекцию, которая, к слову, за всё это время так и не прошла. Слишком свежи и остры последние воспоминания об этой ночи. Была, конечно, мысль выебать тебя прямо спящую, но… — последние фразы он уже проговаривал мне в губы, понизив звучный баритон до более вибрирующей и сочной сипотцы.
— Я предпочитаю более живых в постели партнёрш и реагирующих на меня так, как я этого хочу.
Не знаю, как это у него получается, но накрыло меня и от его слов, и нестерпимой близости, будто потоком обдавшей с головы до ног горячей волны. И опалило истерзанную им же киску жгучей похотью, как только его губы смяли мой рот, а его язык ворвался в меня единоличным владельцем и непримиримым завоевателем, начиная показательно и откровенно меня трахать, под убойные дозы смертельного наркотика, запущенного мне только что в кровь.
Я и ахнуть не успела, как меня опрокинули в чужую бездну, на бешенной скорости, оплетая моё тело скользящими прутьями чужой воли… чужими руками и кожей. Как будто и вправду затягивая внутрь ненасытного нутра демонической сущности. Вновь заражая ядовитой одержимостью и убивая во мне меня прежнюю. Распиная по кровати, растлевая и превращая в послушную игрушку.
— Мало ли мне, mon papillon?..
