Коминтерн не может существовать без денег, он прожорлив! Троцкий и Ленин грезят мировой революцией. А для её свершения нужно выпускать коммунистические газеты в Европе и Северо-Американских Штатах, снабжать оружием и листовками профессиональных революционеров, и для этого необходимы огромные суммы. Валюта, доставшаяся по наследству от царского режима, почти закончилась.
— В каком номере «Петербургской гостиницы» остановился Стародворский?
— Он поселился в «Золотом льве».
Комната № 26. Там ему спокойнее. У него конфликт с Оржихом. К тому же Георгий Александрович прям, как Ильич, почти не пьёт и совсем не курит. Живёт бобылём. А Оржих, мало того, что хронический сифилитик, так ещё и попойки через день устраивает. Стародворский, как я понял, должен возглавить представительство в Эстонии вместо Оржиха. Осталось дождаться окончательного решения Совнаркома и Чичерина.
— Охрана у него есть?
— Нет.
Латышские стрелки стерегут только «Петербургскую гостиницу».
— Золото, пароходы, железнодорожные составы из Ревеля в Россию… — вымолвил Ардашев и задумался.
— А здесь всё взаимосвязано. Вам, вероятно, известно, что правительства всех стран, до Америки включительно, наложили эмбарго на торговлю с Россией?
— Конечно.
— Мы ничего не можем продать и купить. Правда, с царских времён у нас остались золотые империалы.
Но как выручить за них валюту, если русскому золоту объявлен бойкот? Выходов несколько. Можно обменивать валюту контрабандным путём, но тогда курс золотого империала будет очень низкий. Кстати, товарищ Оржих именно этим и занимается, не забывая и шкурный интерес. И поднимает сумасшедший куртаж? А ведь он, как и я, старый большевик. Мы вмести гнили в Туруханском крае…
Минор задумался на несколько секунд, очевидно, предавшись воспоминаниям, но вскоре продолжил:
— Немногим выгоднее задействовать банк и с его помощью при покупке товаров открывать аккредитив и уже потом расплачиваться за него золотом.
Но и это ведёт к убытку, потому что банк своего не упустит. Лучше всего продавать золото на Стокгольмской бирже.
Ардашев вынул коробочку монпансье «Георг Ландрин» и предложил собеседнику."
"— Благодарю. Но я не ем сладкого. Сахарная болезнь.
