Лил сильный дождь с градом, раскаты грома сотрясали горы. Казалось, всякая живая душа спряталась и затаилась, чтобы переждать грозу, но именно в такую погоду и пришёл к Ринату Жюль.
Ринат негодовал, почему дозорные пропустили чужака. Но позже понял, что дозорным Жюль был не по зубам. Он может даже проскользнуть между дождинками, оставшись сухим в грозу, тем более ему ничего не стоит незамеченным пробраться мимо сторожевых постов.
Жюль предложил Ринату партию в нарды. В точности так же, как и в свой последний визит.
Они кидали кости, двигали фишки, и между делом Жюль рассказывал свою историю.
— Дар и проклятие — это две стороны одной медали. Они всегда идут рука об руку, — с этой фразы начал он разговор. — И чем сильнее дар, тем страшнее проклятие. Хотя к чему я это говорю? Тебе ли не знать?
Жюль рассказал, что ещё в юности обнаружил у себя сильный артефакторский дар. Но в ту пору даже подумать не мог, насколько мощным и неординарным окажется его талант. Он начал с простого, но с каждым разом его творения оказывались всё более могущественными артефактами.
Он не боялся работать с тонкими материями — такими как пространство, время, желания и страсти. У него вышло сделать артефакт, который может переместить туда, где его обладатель больше всего хочет оказаться. В тот момент Жюль считал, что это вершина его мастерства, лучшее, что он создал и когда-либо создаст. Но он ошибался. Однажды ему удалось сотворить нечто гораздо более могущественное и страшное. Жюль решил подчинить себе ещё одну тонкую материю — судьбу.
Он сделал артефакт, который читает людские доли.
— Это была моя роковая ошибка, — признался Жюль. — Человеку нельзя знать, что предначертано. Это не сделает его счастливым.
Он рассказал, что завершил работу над артефактом как раз в тот момент, когда к нему пришла в гости сестра с мужем и крошкой-дочерью. Артефакт сработал — Жюль невольно увидел их судьбу и ужаснулся. Трагическое событие ждало их всех впереди.
С тех пор он не находил себе покоя. Существует ли что-то более мучительное, чем знать, что должно случиться нечто непоправимое, но быть не в состоянии предотвратить.
Его артефакт только считывал судьбы, но, увы, повлиять на них не мог. Как известно, ни одна магия не в силах изменить то, что предначертано.
Однако Жюль не терял надежду. Он искал такого мага, кто сумел бы ему помочь.
— Судьбу не перепишешь, — возразил ему Ринат. — Судьба — то кружево, в котором выпусти одну лишь нить, и оно рассыплется.
Нельзя вмешиваться в долю.
